Книга Роковой подарок, страница 71 – Татьяна Устинова

А сама Маня только и делает, что всех подводит…

Анна показалось из спальни. В руках она несла какуюто… вещь.

— Примерь, Маня.

— Анна Иосифовна, разве я помещусь во что-нибудь… ваше?! Если только на руку намотать! Или на ногу… Хотя вашей блузкой мою ногу обмотать тоже не удастся.

— Не мели чепухи.

Мане не хотелось больше… унижений. Достаточно того, что она упала, что все бегали вокруг, что приезжали доктора, смотрели с сочувственным недоумением, что при них пришлось снимать штаны!

Наряды Анны Иосифовны, которая выглядела примерно как Майя Плисецкая, она примерять не станет.

— Спасибо, я лучше свою рубашку надену. А дома постираю. Ничего особенного.

— Мария.

Маня засопела и приняла вещь из рук Анны. Это было достаточно длинное одеяние наподобие кофты, что ли. Маня сразу даже не поняла, из чего оно сделано. Оно было ярко-голубого цвета и… огромное.

Писательница недоверчиво фыркнула и просунула руки в рукава. Кофта была соткана из невесомой пряжи, должно быть, тонкий кашемир и шелк, и застегивалась на крупные фарфоровые пуговицы с невиданным рисунком. Впереди она была вся изукрашена мехом, как кружевами.

Здоровенной и высоченной Мане кофта доходила почти до колен и сидела совершенно свободно, ниспадала складками. Должно быть, Анна Иосифовна заворачивалась в неё, как в одеяло!

— Шила Вика Лоскутова, – удовлетворённо оглядывая Маню, сказала Анна. – Знаменитый меховой дизайнер! У неё уникальные вещи, таких больше нет. Я просила что-нибудь очень уютное, но лёгкое, что можно носить в выходные и с любой одеждой. Она сказала, что сейчас в моде оверсайз и сделала такой… кардиган. Оверсайз сейчас в моде, Манечка?

— Да, да, – машинально ответила Маня.

— Мне хотелось чего-то простого и ни к чему не обязывающего.

Маня посмотрела на издательницу.

— Вы серьёзно говорите? Или шутите? Вот это… простое и ни к чему не обязывающее?…

— Тебе очень идёт, Маня. Ты закончишь роман, и я отвезу тебя к Вике. Она сделает что-нибудь специально для тебя.

Маня обернулась к зеркалу.

…Э-э-эх!.. Маня никогда не носила ни мехов, ни шелков, ни фарфоровых пуговиц, расписанных нежными узорами. Ей бы и в голову не пришло! Но штука знаменитого мехового дизайнера Вики Лоскутовой так струилась, так нежно обнимала её, Манины, телеса, так играла кружевным мехом! Голубой отсвет так роскошно ложился на красные Манины щёки и растрёпанные волосы!..

Маня погладила мех.

— Ну вот, а теперь ужинать. Ресторан сербской кухни я отменила, хотя, говорят, он один из лучших. Но здесь, в гостинице, тоже очень неплохо кормят.

— Анна Иосифовна, как это красиво. – Маня рассматривала в зеркале своё отражение.

— Ты права.

— Просто удивительное дело.

— Тебе нужно побольше заниматься собой, Маня.

— Я только и делаю, что занимаюсь собой! Больше никем и ничем.

— Боюсь, ты не очень понимаешь, что это означает.

— Я взрослый человек, Анна Иосифовна.

— Что-то не очень похоже. Бери меня под руку и отправимся.

— Если я на вас упаду, вы будете раздавлены и погибнете.

— Маня, мне надоели твои однообразные шутки.

Вдвоём, очень странной парой – припадающая на одну ногу Маня и прямая как струна Анна, – они воздвиглись в ресторан, где вокруг них сразу забегали и засуетились.

Стол был накрыт на троих.

— Мы кого-то ждём? – спросила Маня, пристраивая поудобнее ногу.