Книга Эликсир для избранных, страница 140 – Майк Логинов

«Обо всем! – хотел крикнуть я, но мною вдруг снова овладели сомнения. – А что, если это все-таки не Кончак, а другой человек, все это – какая-то странная провокация? Но зачем? Выяснить, что мне известно о расследовании Любомирского? Для этого можно было выбрать способ менее экзотический».

— Вы правда Кончак? – спросил я.

Старик рассмеялся:

— Вы сомневаетесь?

— Если честно, да. Я не нанесу вам смертельного оскорбления, если попрошу показать паспорт?

— Паспорт? – рассмеялся Кончак, мое предложение, похоже, нисколько его не обидело. – Конечно, я могу показать вам паспорт, но только, боюсь, это внесет в дело еще большую путаницу.

— Почему?

— Он ненастоящий. Там другое имя, другой год рождения, все другое…

— Вы живете по фальшивому паспорту? И как же вас зовут… по бумагам?

— А какая, собственно, разница? Поплавский или Персиков… Когда мне выправляли этот документ, спросили, какую фамилию я бы хотел взять? Я сказал: любую.

— Зачем вам потребовалось брать чужую фамилию?

— Меньше вопросов, – спокойно ответил старик. – Я – одинокий человек, но живу все-таки не в безвоздушном пространстве. Врачи, собес, железнодорожные и авиабилеты, счета в банках… Одним словом, есть много мест, где нужно предъявлять удостоверение личности… И вот представьте, сидит клерк в каком-нибудь жилкомхозе, и приходит к нему человек за справкой. Здравствуйте, говорит, вот мой паспорт. А в паспорте год рождения 1900. Начинаются удивления, расспросы. А зачем? Вот мне и посоветовали…

— Кто посоветовал?

— Люди, с которыми я работаю.

— А с кем вы работаете?

Старик посмотрел на меня исподлобья. Взгляд у него был озорной.

— Не беспокойтесь, Алексей, я – не криминальный элемент.

— А кто вы?

— Ммм… Я в некотором смысле государственный служащий.

— И где вы служите?

— Я работаю на государственную безопасность, – просто и безо всяких ужимок ответил старик.

Повисла пауза.

— Так получилось, – добавил он, глядя мне прямо в глаза.

— И что, вы действительно до сих пор работаете?

— Ну, я, конечно, не хожу каждый день в присутствие и не сижу за столом с девяти до шести. И не участвую ни в каких… акциях. Я – консультант. Как булгаковский Воланд.

— И так же, видимо, считаете себя частью той силы, которая, желая зла, творит добро? – не смог удержаться я от сарказма.

Услышав это, старик вдруг необычайно оживился.

— Именно! Именно, Алексей! – замахал он рукой. – Вы даже не представляете, насколько уместной в моем случае является эта аналогия. Не представляете!

— Только, боюсь, с вашей организацией все наоборот: она всегда утверждала, что желала добра, но творила зло…

— Ах, мой молодой друг! Граница между добром и злом такая зыбкая, такая неопределенная. Для кого добро? Для кого зло? Это ведь с какой стороны посмотреть…

Эта вспышка активности только усилила мои сомнения. «Не может быть! Не может столетний старик так выглядеть, так говорить!»

— Что же, если ваш паспорт ненастоящий, тогда как вы докажете, что вы – Кончак?

— Ах, вам все же требуются верительные грамоты, – снисходительно заметил старик и откинулся на спинку стула. – Извольте!

Он полез в карман брюк и извлек оттуда какой-то предмет.

— Я тут кое-что приготовил к нашей встрече, – сказал он и поставил на маленький столик рядом со своим креслом фарфоровую фигурку – изящная японка в кимоно играла на флейте.