Книга Эликсир для избранных, страница 42 – Майк Логинов

Москва, наши дни

Пару дней спустя я сидел на кухне в квартире на Новинском и играл с мамой и сестрой в кункен. Мы звали и Витьку, но он усвистал куда-то, махнув нам на прощание синей бейсболкой. Надо честно сказать, мы не слишком жалели о его уходе, потому что если Виктор садился играть, то почти всегда выигрывал. То ли он был очень везуч, то ли очень умел, но победить его было трудно. Сестра и мама, которая, несмотря на возраст, была очень азартным игроком, просто бесились, когда Витя, казалось бы, безнадежно проигрывая, одним ударом переворачивал ситуацию и триумфально завершал партию. А его противники, которым до победы оставалось полшага, со скрежетом зубовным записывали себе в минус гигантские суммы. Даже я, человек спокойный, выходил иногда из себя. В отсутствие лидера мирового кункена мы все чувствовали себя увереннее. Силы игроков были примерно равны, и исход матча предвидеть было нельзя. Я раздал карты.

— Что за дрянь ты мне накидал? – проворчала сестра. – Нет ни одной комбинации. Даже близко.

Я никак не реагировал на это замечание. Это была обычная словесная разминка перед боем, целью которой было усыпить бдительность противника, убедив его, что у тебя плохая карта. Плавали – знаем! Я молча раскладывал свои карты и прикидывал варианты.

— Кто ходит? – спросила мама.

— Ну, если Леша сдавал, значит, ты, – пробурчала Катя.

— Ты, кажется, напряжена, милая? – проговорила мама с притворной лаской.

Все знали: стол, за которым играют в кункен, – это единственное место на свете, где мама не пощадит ни детей, ни внуков.

— Ничего я не напряжена! – вскинулась сестра. – Просто я твердо намерена вас сегодня обыграть.

— Грозилась синица море зажечь! – откликнулся я, не отрываясь от своих карт. – Ваши претензии смехотворны, девушка! Выиграю я.

— Ну, это мы еще посмотрим, – сказала мама, беря карту из колоды, – я чувствую, что сегодня успех будет сопутствовать мне.

Немного подумав, мама сбросила в «базар» пиковую двойку.

— Мельче ничего не было? – ехидно спросила сестра.

— А ты хотела, чтобы я тебе джокера сдала? – поинтересовалась мама.

Игра началась.

Я с детства любил эти карточные посиделки. Кункен был нашей фамильной игрой. Играли мы с сестрой, играла мама, играла бабушка, играла давняя бабушкина подруга Ирина Яковлевна Сухотина. Теперь играл и Витька… Моя бывшая жена Лена, когда еще жила в Москве, тоже играла… Единственным человеком, который так и не пристрастился к этой замечательной карточной игре, был отец. Но он почему-то вообще ни во что не играл.

— Слушай, ма, а известно, кто принес кункен в семью? – в сотый, наверное, раз спрашивал я.

И мама в сотый раз морщила нос и отвечала:

— Точно это не известно. Меня научила играть моя мама, твоя бабушка, когда мне было десять лет. Это был 1949 год, что ли… Я помню, мы играли втроем с Ириной Яковлевной. И мама говорила, что ее мама, то есть прабабушка Серафима Георгиевна, играла…

— А прадед играл? – спросил я маму.

— Не знаю, – ответила мама. – По словам моей мамы, обычно играли она, прабабушка и кто-нибудь из друзей. Особенно часто компанию им составлял… У прадеда был сотрудник, даже можно сказать ученик. Его звали Борис Ростиславович Кончак-Телешевич.

— Красивая фамилия…

Где-то я ее уже слышал. Или видел.