Книга Свинцовые ливни. Том 1, страница 107 – Мила Бачурова

— Эти негодяи словно с неба упали, — пробормотала Майерс. Ливни не укладывались в её картину мира. Категорически, до слёз — не укладывались. Рушили весь привычный порядок.

Виктор сочувствующе развел руками. Огляделся. Бывать на полях для гольфа прежде ему не доводилось. Ассоциация, которая почему-то возникала при этих словах — идеально ровный прямоугольник с идеально подстриженной травой.

Оказалось, что это совсем не так. По словам Майерс, поле для гольфа занимало более пяти гектаров, а по форме (детектив-сержант показала Виктору план), представляло собой что-то вроде искривлённой груши. Полям для гольфа, оказывается, традиционно придавали неправильную, естественную форму. Ландшафт здесь так же не был ровным — трава разной высоты, деревья, холмики и даже небольшой водоём. Поле огибала по периметру аккуратная асфальтовая дорожка. Майерс объяснила, что по ней на специальных электрокарах перемещаются участники игры и сотрудники спортивного клуба.

Вычерченный ливнями круг находился в нижней части «груши». Ещё издали Виктор разглядел рядом с телом Грифа торчащий из земли флажок. Удивился — до сих пор не видел, чтобы сотрудники Эс-Ди обозначали места происшествия таким способом. Но оказалось, что это не их метка. Майерс объяснила, что флажок обозначает последнюю лунку, в которую нужно закатить шар. Здесь, у флажка — последняя точка. Финал игры. Теперь возле флажка лежало безжизненное тело.

«Символично, — мелькнуло в голове у Виктора. — Вряд ли Гриф, стремясь сегодня довести свой шар до флажка, думал, что эта точка — последняя не только в игре, но и во всей его жизни».

— Для чего он сюда пришёл? — произнёс вслух Виктор. — Уже ведь стемнело.

— Тоже не понимаю, — кивнула Майерс. — Игра закончилась засветло, около восьми часов. Партнеры Грифа попрощались с ним, переоделись и разъехались. После того, как Гриф ушёл в раздевалку, его никто не видел. Все были уверены, что тоже уехал. А время смерти Грифа — около десяти, плюс-минус пятнадцать минут. Где он провёл эти два часа, неизвестно.

— Около десяти, — повторил Виктор. — То есть, доступ сюда уже закрыли?

— Для посетителей — да. Остались служащие.

— И никто из них не слышал выстрелов?

— Никто. В ночную смену работают только даст-операторы. Их немного, каждый отвечает за свой участок, и работают они в шлемах.

— Всё равно должны были слышать! Такая пальба.

Майерс покачала головой:

— Нет. Шлемы полностью изолированы от внешних шумов. Даст-операторов ничто не должно отвлекать.

— Ясно, — вздохнул Виктор.

Он всё больше убеждался в том, что каждая акция ливней, несмотря на внешнюю бесшабашность, на самом деле продумана до мелочей. Кем бы ни были эти парни, и чей бы извращённый мозг ни стоял за ними — а Виктор отчего-то всё более утверждался во мнении, что ливни — всего лишь орудие, управляет ими другой человек, — в предусмотрительности ему не откажешь.

Виктор подошёл к флажку. Представил вдруг, какой ужас должен был испытать Гриф, когда перед ним «из ниоткуда» появились мотоциклисты. О ливнях в Мегаполисе не знал уже, наверное, только ленивый. И только полный идиот не сумел бы догадаться, что означает их появление. Но, тем не менее...

Виктор наклонился, сбросил с мёртвого тела полог. Поморщился: лицо мужчины превратили в кровавую кашу. Сказал Майерс — скорее утверждая, чем задавая вопрос: