Книга Смерть в Рябиновой горке, страница 37 – Марина Крамер

— Нам бы могилу тетки найти, — не обращая внимания на эту фразу, сказала Полина. — Ткачевой Лидии Ивановны. Ее семь месяцев назад похоронили.

— Надо же, сколько народа набежало, — насмешливо произнесла Екатерина. — А на похоронах-то только соседи и были. Откуда ж вас теперь-то всех принесло?

— Кого — всех? — насторожилась Полина.

— Да к ней тут, как в Мавзолей… идут и идут. С неделю вот была какая-то свиристелка, тоже по всему — не здешняя, разодетая-расфуфыренная.

— И кем представилась?

— Да вот, как и вы, сказала — теткину могилку ищет.

— Очень интересно… А как она выглядела?

— Да как… — Екатерина на секунду задумалась. — Кофта на ней белая была, длинная, с капюшоном, джинсы синие… жилетка такая… дутая, красная. Платок еще на голове повязан был, концами назад. Красивый такой платок, красно-белый, с лошадьми и цепями. А из-под него волосы рыжие, длинные.

По описанию неизвестная визитерша один в один походила на убитую в доме их тетки женщину, и у Полины засосало под ложечкой от нехорошего предчувствия.

— А она одна приходила?

— Одна. Автобусом, видно, приехала, потому что машин никаких я не видела. И ушла в сторону остановки. Так что — могилку-то смотреть пойдете или передумали? — спросила Екатерина, и Полина кивнула:

— Обязательно. А вы сказали, что народа много приходит — значит, кто-то еще был?

— Был, — уверенно шагая по еле заметной тропинке вдоль забора, ответила сторожиха. — С месяц назад парень приходил, странный такой, худущий, вроде как больной, что ли. И руки в наколках все, но не в таких, как сейчас делают, а в синих, как будто с зоны.

«Еще лучше, — подумала Полина, стараясь не отставать от широко шагавшей сторожихи и изредка оглядываясь на сестру, шедшую сзади. — Странная фифа и уголовник — что их связывало с тетей Лидой?»

— Только я вот что вам скажу… — продолжала Екатерина, не оглядываясь. — Что это за девка была, не знаю, а вот парень на могилке все прибрал, траву вокруг вырвал, оградку поправил. Там еще крест временный стоит, но оградку поставили сразу, соседка заказывала, а делали шабашники, что больницу ремонтируют. С соседкой приехали на третий день, все замерили, а через неделю привезли оградку и сами установили. Но летом дожди шли сильные, подмыло немного, по тому ряду все оградки завалились. Но парень этот поправил, у меня ведро цемента купил и сам все залил, теперь крепко стоит.

— А он не говорил, кем приходится?

— Я спросила — сказал, мол, седьмая вода на киселе, что-то в этом роде.

— А вы раньше парня этого видели? Он местный? — спросила Полина, понимая, что два человека ниоткуда привлекли бы внимание сторожихи и она непременно бы сказала об этом.

— Кажется, я его в Оврагах видала, но ручаться не буду.

— В Оврагах?

— Это район у нас такой, на выселках, — объяснила женщина. — Самострой, там разные живут… прибились и живут. А люди разные, — повторила она.

«Ладно, у Женьки спрошу», — решила Полина.

Могила тетки находилась в ряду таких же еще не обустроенных, относительно свежих могил, выделявшихся среди других одинаковыми деревянными крестами. Но на ней уже не лежала груда выцветших на солнце и под дождями венков, земля была утрамбована аккуратно, и у основания креста Полина заметила воткнутые пластиковые розы.

— Это парень тот оставил, — объяснила Екатерина. — Ну, обратно дорогу найдете?