Книга Запретная связь, страница 16 – Геннадий Сорокин

— Разрешите, товарищ генерал? — попросил слова Мерзляков. — Я знаю такого человека. У него даже прозвище Дуболом. Он чрезмерно брезглив, но не в физическом, а в моральном плане. Женщин, которые ходят в брюках или курят, он искренне считает проститутками.

— Позволю напомнить, — не дожидаясь разрешения начальника УВД, сказал Мустафин, — что в этом гнездовье разврата женщины и в юбках, и без юбок есть.

— Как без юбок? — не понял генерал. — В чем они тогда ходят?

— В халатах, которые зад едва прикрывают. Это же женское общежитие, кого им стесняться?

— Товарищ Мерзляков, чем сейчас этот ваш Дуболом занимается? — спросил генерал.

— Работает в уголовном розыске Кировского РОВД. Хотел на должность инструктора в политотдел пролезть, но я такого ретрограда не могу допустить до работы с личным составом. У товарища Абрамова стойкая неприязнь ко всему прогрессивному. Для него измена жене будет изменой самому себе, а на это он, конечно же, не пойдет.

— Знаю я этого Абрамова, — недовольным тоном сказал Мустафин. — Работник так себе, середнячок.

— Товарищ Мустафин! — одернул Александра Сергеевича генерал. — Я бы на твоем месте не спешил давать оценку сотрудникам других органов. Сам не можешь кадры подобрать, так хоть нас послушай.

— Прошу прощения, — приложив ладонь к сердцу, сказал Мустафин. — Но этот Дуболом действительно ни рыба ни мясо.

— Мустафин, тебе кто нужен: ас сыскного дела или порядочный человек, со стойкими моральными принципами? — спросил Мерзляков. — Ты, помнится, Алексеева расхваливал на каждом углу, и вот чем дело кончилось! Твой лучший оперативник блудил неизвестно с кем всю ночь и был отравлен. Его служебное удостоверение пропало и сейчас находится неизвестно в чьих руках. Если Девичий домик — такой специфический участок работы, то и человек для работы в нем нужен особенный, такой, кто под короткий халатик при первом удобном случае не полезет.

— Поступим вот как! — прервал коллег генерал. — Вы, товарищ Мерзляков, побеседуйте с этим Дуболомом, прозондируйте, не изменилось ли у него отношение к жизни. Если он нам подойдет, то я переведу его в Машиностроительный РОВД. Мустафин! С тебя, по-хорошему, надо голову снять, но, учитывая твои прошлые заслуги, мы не будем спешить с наказанием. О сегодняшнем разговоре никому ни слова! Предоставим начальнику политотдела полную свободу действий. Я на его мнение полностью полагаюсь.

Через два дня после этого разговора в Кировском РОВД в узком кругу отмечали день рождения начальника уголовного розыска Агафонова. Инспекторы закрылись в самом большом кабинете, выставили на стол водку и нехитрую закуску. В шесть часов вечера подняли первый тост. По стечению обстоятельств именно в этот день Мерзляков был ответственным от руководства по областному УВД.

«Съезжу-ка я вечерком в Кировский райотдел, — решил он. — Проверю несение службы и заодно про Абрамова аккуратно поспрашиваю».

В семь часов вечера Мерзляков неожиданно нагрянул с проверкой в отдел. Начальник РОВД Симонов был на месте. Удивившись незапланированному визиту высокого гостя, он засуетился, хотел заварить чай.

— Чаек я у себя могу попить, — сказал Мерзляков. — Пойдем-ка, посмотрим, как личный состав отдела трудится в конце недели.

В уголовном розыске между тем веселье только начиналось. Абрамов, выпивший всего рюмку водки, пошел в туалет. Оставив шумную компанию, он вышел в коридор, но не успел пройти и половины пути, как нос к носу столкнулся с поднявшимися на этаж Мерзляковым и Симоновым. Отступать было поздно, спрятаться — негде.