Книга Поручик Ржевский и дама с солонкой, страница 90 – Иван Гамаюнов

Поручик всё никак не мог оправиться от потрясения, и теперь стало ясно, почему Тайницкий запретил вести с Софьей беседы. Ржевский, наконец поняв, что происходит, уже не мог быть непринуждённым. И вообще как будто онемел. Чтобы потянуть время, он решил надеть исподнее и рейтузы…

А впрочем, как часто случалось в минуту опасности, поручик поймал кураж. Вспомнился отрывок из письма незнакомки, где говорилось о лакее, ставшем случайной жертвой Софьи. В письме упоминалось название яда, а также говорилось, что лакей не умер. Эти сведения можно было использовать:

— План у меня был, – заявил Ржевский. – Был, пока я не проверил яд. Ведь это мышьяк, да?

— Да.

— Не знаю, Софи, где ты взяла эту отраву, но она негодная. Ею не убьёшь. По крайней мере, не убьёшь с первого раза, даже если доза значительна.

Дама насторожилась:

— Но Сергей…

— То есть Бенский? – уточнил поручик.

— Да, Сергей сказал, что это хороший яд. Из аптеки.

— Какой аптеки?

— Городской.

— То есть он куплен здесь, в Твери? – продолжал спрашивать поручик, хотя сам не знал, зачем.

Софья, судя по всему, тоже не понимала, к чему эти вопросы, но продолжала отвечать:

— Да, Сергей так сказал.

— Но ведь аптекарь не вправе продавать яды частным лицам.

— Да. Но если приходит человек от доктора, тогда ему всё продадут. Сергей подделал рецепт.

— Но это же трудно, – заметил Ржевский.

— О! Сергей – большой мастер на такие вещи, – пояснила Софья. – Он на службе постоянно этим занимается. Там такой беспорядок с бумагами! Для отчёта то одной не хватает, то другой, и чтобы получить недостающую, проще самому её сочинить и подделать подпись, чем посылать за ней курьера за тридевять земель.

— Ах, вот как…

— Да. А у меня остался старый рецепт от доктора. Однажды я простудилась, он выписал рецепт на лекарства, затем – ещё раз, но второй рецепт не понадобился, потому что мне стало гораздо лучше. В аптеку не посылали, рецепт остался у меня, а Сергей взял его за образец и сделал свой. На яд. Написал, что им будут травить крыс. А правда ведь, мой муж похож на крысу? – Софья улыбнулась.

Поручик чуть не вздрогнул от этой улыбки, но совладал с собой.

— Крысе нужно гораздо меньше, чем человеку, – сказал он. – Значит, аптекарь продал вам не чистый мышьяк, а смешал его с чем-то.

— Да. – Софья кивнула. – Сергей говорил, что это смесь, поэтому сыпать надо побольше. А на чистый яд нельзя сделать рецепт, не вызывая подозрений.

— Для человека ваша смесь не подходит. Слишком слабая, даже если сыпать много.

— Но что же делать? – обеспокоенно спросила Софья.

— Достать чистый яд, – брякнул Ржевский первое, что пришло в голову.

— Но как?

— У меня свои связи, – уклончиво ответил поручик.

— И как скоро ты его достанешь?

— Скоро, – так же уклончиво ответил Ржевский.

— Ну, хорошо. Тогда я на тебя надеюсь.

* * *

Поутру, проснувшись у себя в гостинице, Ржевский испытал чувство, схожее с похмельем, хотя телесно никаких страданий не ощущал – было лишь противно на душе. И, увы, никакого рассола или другого целебного средства от такого похмелья не существовало. Даже водка помогла бы очень ненадолго – поручик, не впервые получая душевные раны, это знал. Оставалось лишь ждать – время лечит.

Вечером предстоял разговор с Тайницким, но всё, что Ржевский мог бы там услышать, было известно и так. Да, в солонке яд. Да, Софья – преступница. Хоть она и не убила мужа, но совершила покусительство на убийство… или как это называется у полиции? Покусание? Покушение? Да, кажется, покушение.