Книга Поручик Ржевский и дама-вампир, страница 94 – Иван Гамаюнов

Поручик остался в недоумении, но ненадолго. Горбун остановился, повернулся и с полуулыбкой произнёс:

— Ммм? — а затем выразительно кивнул в сторону дома.

— Ладно, — сказал Ржевский. — Пойдём. Но, куда бы ты меня ни вёл, имей в виду, что я следую за тобой добровольно. А значит, ты меня не поймал. Я никакой не вор, которого ты застал во дворе. Я — гость, который явился в неурочное время, но всё-таки гость. Поэтому обращаться со мной следует обходительно.

Поручик говорил и говорил, а мужик молча вёл его через рыцарский зал, столовую и дальше, по длинному коридору, а затем остановился возле одной из дверей и громко постучал.

— Кто там? — послышался сонный голос Барбары.

— Ммм, — отозвался мужик.

— Игнат? Что случилось?

— Ммм, — повторил мужик и добавил: — Ууу!

— Что⁈ — всполошилась Барбара. — И где он? Ты его привёл?

— Я у вашего порога, прекрасная пани, — ответил Ржевский.

Через минуту дверь открылась. На пороге стояла Барбара в ночной рубашке, но уже не сонная и даже причёсанная.

— Не ждала тебя так рано, — лукаво заметила она поручику.

Ржевский глянул ей через плечо, осматривая спальню. Кровать была застлана обычным белым шёлком — не алым. «Видно, и впрямь не ждала».

— А следовало, — сказал поручик. — Хочу заметить, пани, что я нарочно приехал пораньше, чтобы застать вас в постели.

Барбара взяла Ржевского за пуговицу и таким, весьма кокетливым, образом затащила в комнату, после чего жестом отослала горбуна прочь.

Закрыв дверь на ключ, дама обернулась к гостю и улыбнулась, но теперь её клычки уже не вызывали такого беспокойства, как раньше. «Вот же шутка природы», — подумал Ржевский. Правда, тут же спросил себя: «А может, всё-таки упыриха?»

Нет, эту мысль следовало гнать. В просвещённом девятнадцатом веке никто не поверит, если расскажешь, что у тебя случился роман в жанре ужасов.

И всё же поручик спросил на всякий случай:

— Сегодня ты настроена кусаться?

— Нет, сегодня хочу быть нежной.

Барбара подошла к Ржевскому и, будто подтверждая, что она — обычная женщина, обняла и поцеловала его совсем не так, как в прошлую ночь. Ощущались только нежность рук, мягкость и теплота губ. Клычки словно исчезли, а пальчики с острыми ногтями стали расслабленными, не способными на усилие, достаточное, чтобы царапать.

Поручик, быстро оценив обстановку, решил кардинально поменять диспозицию, которую успел разработать с учётом прошлого раза. Судя по всему, дама сомлела от чувств. С женщинами такое случается — сомлеет, и делай с ней, что хочешь. Сейчас это значило, что атаку можно проводить не с тыла, а фронтальную и при этом не опасаться увечий.

Однако следовало торопиться: мление долго не длится, дама вернётся в своё обычное состояние и к тому же обретёт способность думать. А если она начнёт думать, то может до чего-нибудь додуматься. Например, заподозрить, что поклонник приехал не ради неё, а по другому поводу. Это стало бы крайне нежелательно!

Ржевский подхватил прекрасную пани на руки и отнёс на кровать.

— Минуточку, — сказал он и начал раздеваться со всей возможной поспешностью, чтобы уложиться в названный срок, но это оказалось слишком долго. Сомлевшая дама успела собраться с мыслями, в её вопросе явно слышалось подозрение:

— А ты пробовал мой крупник? Ты же обещал, что приедешь только после того, как попробуешь.