Книга Мертвое зерно, страница 86 – Игорь Томин

— Эй, ты кто? – Илья почувствовал на плече тяжёлую руку.

Он обернулся. Крепкий мужик в кожаной безрукавке поверх чёрной водолазки, сигарета в углу рта.

— Илья. Киномеханик.

— А где Сашка? Он обычно крутил.

— Заболел. Я подменяю.

Мужик прищурился подозрительно.

— А какой фильм привёз?

— «Кавказская пленница».

— Ладно. – Мужик затянулся. – Смотри, чтоб всё красиво было. Здесь уважаемые люди собрались.

Он ушёл. Илья постарался запомнить номера машин, на которые перегружали мешки. Пробрался к торцу зала, к которому была пристроена будка киномеханика. У входа едва не столкнулся с Борщёвым. Тот обнимался с импозантным мужчиной в костюме, белой рубашке и галстуке.

Илья низко опустил голову, пряча лицо, прошёл мимо. Через окно увидел, как Борщёв с мужчиной зашли в кабинет. Незнакомец сел за стол, открыл портфель, выложил пачки червонцев. Борщёв торопливо складывал их в свой засаленный портфель с ручкой, перемотанной изолентой.

Время поджимало безжалостно. Илья понимал – через час, максимум полтора, все разъедутся по домам с деньгами и документами. Доказательств не останется. А завтра утром кто-то из присутствующих здесь людей в погонах спокойно заметёт следы, и вся афера растворится в воздухе.

Связаться с Максимом… Но как? Территория Райпотребсоюза была обнесена высоким забором с колючей проволокой наверху. Ворота – единственный выход, но там дежурят. Если попытается прорваться – тут же заметят. А если он останется до утра здесь, то его наверняка разоблачат.

В душе нарастало ощущение безвыходности. Сходку нужно было накрыть прямо сейчас, с поличным, пока деньги не разошлись по карманам, пока документы не сожгли, пока свидетели не разбежались. Но он был здесь один, без оружия, без связи, в окружении людей, которые не остановятся перед убийством.

Илья осторожно вернулся к воротам и даже застыл на мгновение от увиденного. Ворота были приоткрыты, на территорию заезжал незнакомый мужчина на мотоцикле, к багажнику которого была прикреплена ремнями касса с бобинами киноплёнок. Вот это настоящий облом!

Мужик в безрукавке подбежал к нему, они начали что-то бурно обсуждать. Мужик стал озираться, он был встревожен. Киномеханик газанул, объехал грузовики, подкатил к будке.

У Ильи оставался последний шанс. Пока ворота не закрылись, он выскочил наружу, метнулся в плотную тень и прижался к кирпичной стене. Дышал тяжело, сердце стучало в голове.

Тишина. Тусклая лампочка поскрипывала на столбе. Где-то на сквозняке хлопала дверь подъезда.

Илья увидел телефонную будку в полусотне метров – старую, облупленную, с треснутым стеклом. Добрался до неё, постоянно оглядываясь. Руки дрожали, когда нащупывал в кармане двушку. Монета была влажной от пота.

Набрал номер больницы. Длинные гудки. Один, второй, третий… Никто не отвечает. Ночная смена, наверное, спит или обходит палаты. Опустил трубку. Дрожащими пальцами набрал номер школы – единственное место, где могла быть Валя. Первый гудок показался вечностью. Второй. За спиной послышались голоса – кто-то шёл от складских корпусов. Илья прижался к стенке будки, старался дышать тише.

Третий гудок. Четвёртый.

— Алло? – наконец отозвалась Валя.

Илья выдохнул с облегчением, но голоса за спиной становились громче. Времени оставалось в обрез.