Книга Мертвое зерно, страница 90 – Игорь Томин

— Девочка из общежития для абитуриентов сбежала, – усмехнулась Валя, глядя на Таню. – Специально выясняла, когда мы уезжаем.

Максим пожал руку капитану, тот козырнул и направился к выходу с вокзала. Слова прощания были произнесены, дела сданы, командировочные подписаны.

Внезапно Таня кинулась на шею Илье. Он поморщился – голова ещё болела, да и плечо после операции по удалению пули ныло и горело огнём.

— Осторожней, – попросил он.

Но Таня уже целовала его, не обращая внимания на повязки.

— Ты мой герой! – шептала она. – Пожалуйста, приезжай ко мне в Брянск.

— Ну как же приезжай? У меня работа в Москве.

— Тогда я кого-нибудь убью, чтобы ты приехал расследовать.

— Илья плохо влияет на подрастающее поколение, – мягко съязвила Валя и первая поднялась в вагон. Максим выкинул окурок и последовал за ней.

Илья аккуратно отстранил Таню.

— Не забивай голову глупостями. Тебе надо поступать в институт и учиться как следует.

— А ты будешь писать мне письма?

— Буду.

Поезд дёрнулся, тронулся. Илья быстро заскочил в вагон, помахал Тане с площадки. Она побежала рядом с составом, махая платочком, крича что-то, но слов уже было не разобрать. Голубой силуэт на платформе мелькал до тех пор, пока поезд не ушёл в далёкую тьму.

Илья с помощью Максима забрался на верхнюю полку с книгой «Мастер и Маргарита», которую дала ему библиотекарь Надя. Максим сел у окна, достал из сумки бутылку водки, расставил стаканы. Валя смотрела в окно на проплывающие во тьме огни.

— Ну что, товарищи, – сказал Туманский, откручивая пробку, – рассказать вам про ниточки, за которые надо дёргать, чтобы стать здоровым и счастливым?

— Мы в курсе, что вы мастер по ниточкам, – отозвался сверху Илья.

— Расскажите нам лучше, – вполголоса добавила Валя, не отрывая взгляда от окна, – можем ли мы рассчитывать на премию?

— А ты разве не оставила себе конфискованные у Борщёва деньги? – изобразил удивление Туманский.

— Ну и шуточки у вас, – покачала головой Валя. – Вы же знаете, что я отдала их Женьке Прохоровой, вдове участковой.

— Вот за что я тебя люблю, – уже серьёзно добавил Максим, – так за твоё доброе сердце и бескорыстие.

Максим налил, поднял стакан.

— За завершённое дело. – Он помолчал, собираясь с мыслями. – Не могу сказать, кому из них троих пришла в голову эта идея – директору ли совхоза, начальнику складов или бухгалтеру. Но занимались они этим мошенничеством почти три года. Выдавали отличное зерно за брак и списывали его как корм скоту. А на деле продавали по спекулятивной цене барыгам. Дату, время и количество зёрна передавали в открытый эфир через Петьку-Медведя, и это сообщение в Райпотребсоюзе принимали на обычный транзисторный приёмник и узнавали дату доставки по такому же старому, так же пронумерованному календарю 1970 года. Хорошая конспирация! Районная милиция была подкуплена и в их дела не лезла.

— Областная тоже, – переворачивая страницу романа, уточнил Илья.

— Но было исключение, – продолжал Максим. – После убийства участкового прислали сержанта из РОВД, чтобы тот вывез все компрометирующие документы. В итоге Райпотребсоюз совершенно спокойно перевозил скупленное зерно в Брянск, на подпольный цех ликёро-водочного завода. Ребята опасные там, конечно. Многие вооружены. Стреляют, не задумываясь.