Книга Пионерский выстрел, страница 26 – Игорь Томин

— А может, он вообще не выходил из номера после литературного вечера, – предположила подошедшая Валентина. – Просто подождал, пока Горюнова поднимется, и навестил ее. Или даже просто не ходил на этот вечер.

— Возможно, – согласился Туманский. – В любом случае теперь у нас официально серийное убийство. Никто ведь из вас теперь не сомневается, что Бусько тоже был убит?

За окнами гостиницы начинали включаться фонари. Внизу с писком и скрипом прогрохотал узкий, как книжка, трамвай. В квартирах напротив зажигались теплые огни. Кажется, пошел первый снег.

Первый час ночи. В баре гостиницы «Буковина» свет горел лишь над одним столиком, где сидели Максим Туманский, Илья Воронов и Валентина Грайва. Бармен давно уснул за стойкой, положив голову на сложенные руки.

На столе стояли пустые чашки из-под кофе, пепельница с окурками и блокноты с записями. Максим в очередной раз закурил сигарету и откинулся в кресле.

— Давайте еще раз вспомним в деталях этот литературный вечер, – сказал он. – Что именно говорила Анна Степановна и почему ее слова могли стать для кого-то угрозой?

Валентина листала свои записи.

— Она обвиняла ветеранов в том, что не все они настоящие фронтовики. Особенно доставалось Чернову – мол, слишком молод, якобы партизанил где-то в лесах, и никто не может это подтвердить.

— И требовала документальных подтверждений, – добавил Илья. – Говорила, что любой может заявить, что воевал.

Максим задумчиво затянулся.

— Получается, она ставила под сомнение подлинность военных биографий присутствующих. Для кого-то это могло представлять серьезную опасность.

— Особенно если этот «кто-то» действительно не воевал, – заметила Валентина.

— Илья, что ты выяснил при опросе соседей? – спросил Максим.

Илья открыл блокнот.

— Очень странно вела себя Оксана Ивановна Мельник из триста семнадцатого номера – соседнего с Анной. Прятала глаза, в номер не впустила, говорила на пороге, едва приоткрыв дверь.

— Что именно настораживает?

— На вопрос, могу ли я зайти к ней и поговорить там, ответила отказом. Сказала: «У меня не прибрано». Когда идет расследование убийства в соседнем номере – странная причина, согласитесь.

Максим кивнул и сделал движение рукой, мол, продолжай.

— Вот еще интересный момент, – сказал Илья. – Скворцова не было в его номере. Я спросил у Оксаны, не знает ли она, где сейчас может быть Сергей Иванович. Она в ответ пожала плечами и опустила глаза. Явно что-то знает, но молчит.

— Они оба не были на литературном вечере, – добавила Валентина.

— Точно, – согласился Илья. – И это тоже подозрительно. Все ветераны пришли, а эти двое отсутствовали.

Максим затушил сигарету.

— Еще один требует внимания – Чернов. Валя правильно заметила, как странно и спешно он выскочил из гостиницы.

— Практически сразу после убийства Анны, – уточнила Валентина. – Мы видели, как он ловил машину.

— Илья, – обратился к оперативнику Туманский, – ты ведь некоторое время шел за Черновым после вечера?

Илья почесал затылок.

— Да. Я болтался среди ветеранов в вестибюле. Многие еще обсуждали произошедшее, кто-то возмущался поведением Горюновой. Чернов стоял в стороне, выглядел очень расстроенным.

— И когда он ушел?

— Минуты через три. Быстро прошел через холл на лестницу.