Онлайн книга «Неслышные шаги зла»
|
Начальник его отдела — майор Барабанин — глянул с тоской и пробормотал, закатив глаза: — Не дай бог на старости лет превратиться в чудовище. Одинокое чудовище… Поезжай, капитан. Закрой уже эту тему. А то племянника замучим претензиями, а он и без того измотан уходом за дядей. Как, говоришь, имя сиделки? В том-то и дело, что имя не было известно ни Федору Ивановичу, ни его племяннику. — Он называл ее Лапулей или Лапусей, как-то так. Уверяет, что видел ее документы и даже имя она называла, но он не запомнил, до такой степени был измучен уходом за недееспособным дядей, — вспомнил объяснение Нестерова Володя. — Надеюсь, в соцзащите прояснят этот момент. И мне удастся переговорить с медсестрой, выполняющей роль сиделки… — Смеетесь?! — вытаращилась на него начальница районного отдела соцзащиты. — Медсестра по уходу? Да у нас в штате даже намека на такие единицы нет. Есть персонал, который закрепляется за стариками совсем одинокими, лишенными ухода. Но тут опекун имеется. Наша сотрудница пару раз приходила на адрес. Приносила продукты, лекарства, которые заказывал пенсионер. Но опекун быстро ее отвадил. — Он сказал, что в нашей помощи не нуждается, — вспоминала сотрудница соцзащиты, когда ее вызвала в кабинет начальница. — Что ему не нужны люди с улицы, он наймет профессионалов. — Так и сказал? — удивился Володя. — Да. Так и сказал. Обидно было. Неприятный человек, — поморщилась сотрудница. — Старика жалко. Он сидел в сторонке и плакал. А опекун топал по квартире и чихвостил меня, как попрошайку какую-то. И орал еще, что чаевых я не дождусь. А я и не ждала, какие чаевые? Я приехала по заданию. И это моя работа. А он орет и оскорбляет. Очень неприятный тип… Володя сел в машину и набрал Барабакина. Доложил обстановку. — Будут дальнейшие указания, товарищ майор? — Ну, дело на контроле у самого подполковника, Воробьев. Поезжай на адрес к старику. Выясни наконец, кто врет, а кто говорит правду. И что за медсестра, в конце концов, оказывает услуги недееспособному гражданину? К дому, где проживал Федор Иванович, Володя добрался лишь ближе к двенадцати. Пока ехал, дважды попал в пробку — ремонт дороги. Потом его отвлек звонок руководства, попросили попутно заехать в главк, забрать документы. — День добрый, — поздоровался он с парнем, выгуливающим собаку прямо на детской площадке. — Вы разве не знаете, что выгул собак на детских площадках запрещен? — Он не будет гадить. Мы уже все дела свои сделали. Собрали в пакет и выбросили в мусорку, — дружелюбно отозвался малый, удерживая своего питомца на поводке. — Здесь ребятишки гуляют, он с ними дружен — соседи наши. Вот и рвется сюда, учуял их запах. Дурачок… — И все же, — посмотрел уже без прежней строгости Володя. — Хорошо, хорошо, уйду. Парень дернул собаку за поводок и ушел с площадки к скамейкам. Володя пошел за ним. — А что, кто-то на меня пожаловался, что целого капитана прислали с моим другом разбираться? — проговорил парень с обидой. — Нет, — не стал Володя врать. — Никто не жаловался. Я здесь по другому поводу. К пожилому мужчине приехал. Он недавно из больницы выписался, вот решил его навестить. Поговорить с его сиделкой. Контролирую, одним словом. Парень как-то странно на него посмотрел. Потом глянул в небо, почесал подбородок. Сел на скамейку, привязал собаку. И спросил: |