Книга Неслышные шаги зла, страница 54 – Галина Владимировна Романова

— Вы про Федора Ивановича речь ведете?

— Так точно. — Володя присел рядом с парнем. — Вы знакомы?

— Нет, но в поисках принимал участие.

— Это когда он из дома сбежал и его в парке на любимой скамейке нашли? — Володя протянул руку к лобастой собачьей морде. — Можно погладить?

— Можно. Он дружелюбный.

Володя принялся гладить собаку между ушами, пес благодарно зажмурился.

— Вот вы сказали, что Федора Ивановича нашли на скамейке в парке, так? — глянул на Воробьева непонимающе хозяин пса минуты через три.

— Так точно. — Воробьев сел ровно, что-то в вопросе парня его насторожило. — А что не так?

— В парке Федора Ивановича нашли, когда он в первый раз из дома ушел. А вот во второй раз… — Молодой человек глянул грустно. — Все закончилось куда хуже.

— Во второй раз? Он опять ушел из дома? Я ничего об этом не слышал. Когда это случилось?

Ему сделалось не по себе. После того как старик набедокурил в больнице, Володя, честно, утратил интерес к его истории. Таких сотни тысяч, решил он. И в соцзащиту он сегодня поехал, просто чтобы поставить в этом деле окончательную жирную точку.

— Это случилось позавчера. Его опекун привез из больницы. Они вышли из машины. И пока опекун возился у багажника, доставал из него вещи, коляску инвалидную, Федор Иванович исчез. Просто вот стоял минуту назад возле машины. И исчез. Ушел. Искали всем миром.

— Нашли?

Володя встал со скамейки. Известие было неожиданным.

— Нашли. Вчера вечером. За городом. В овраге. Умер, — отрывисто произносил парень, часто сглатывая. — Очень жалко было его. Беспомощные они — старики. Как дети беспомощные.

— Как же он туда сумел добраться?! Отсюда. — Володя махнул рукой в сторону дома сталинской постройки. — До выезда из города очень далеко. Как?

— Кто-то видел, что он ловит попутку. Кто-то уверял, что он сел в такси. За домом как раз стоянка таксистов. Пока с этим не разобрались окончательно. Но старик погиб. Жаль…

Прошел почти месяц с того страшного дня, когда Нины Николаевны не стало. Саша жила как и прежде. С той лишь разницей, что подработок брала много больше и часто не выходила из больницы по несколько дней. Спала в комнате отдыха медсестер. Там было отлично все устроено. Все, что нужно для отдыха, имелось. Душ. Холодильник, чайник, микроволновка. За высокими шкафами для одежды прятались два дивана со съемными чехлами. Там Саша и отдыхала.

— Так нужны деньги, Сашок? — посочувствовал ей как-то молодой хирург. — Ты скажи, я помогу.

Этот парень давно и безуспешно клеился к Саше. Так, ничего серьезного. Хи-хи да ха-ха. На мероприятиях танцевать приглашал. Она ничего к нему не испытывала. Ни неприязни, ни симпатии. Параллельно. Поэтому и от помощи материальной отказалась. И объяснять не стала, что не потому она на подработках надрывается, что так остро нуждается. Не в деньгах было дело. Она просто не могла ехать домой. Дверь соседской квартиры была заперта. Нины Николаевны там нет и никогда не будет. Саша только после ее кончины поняла, как сильно была к ней привязана.

Время от времени звонил Воробьев. Поначалу важничал и пытался напустить туману. Что, мол, расследование ведется, надо только подождать немного, и будет результат. Попутно делал предложения сходить куда-нибудь. Саша отказывалась, ссылаясь на занятость. Потом и Воробьев сдался.