Книга Скверное место. Время московское, страница 162 – Вадим Тихомиров

А коммерс Ремизов закончился ровно через год. Его зарезали в пьяной драке в какой-то захудалой кафешке. Один из бойцов Хрома всадил ему ножик в бок по самую рукоятку и как ни в чем не бывало отчалил в неизвестном направлении. Находившиеся в помещении люди, естественно, все, как один, отказались свидетельствовать о произошедшем, справедливо полагая, что тихая жизнь куда приятнее тихой смерти.

* * *

Напасть пришла, откуда не ждали. С Украины. Прикатили в город николаевские наперсточники, человек десять крепко сбитых парней, и начали по-стахановски, с раннего утра до позднего вечера, гэкать да разводить особо доверчивых и азартных граждан на деньги, наваривая к вечеру огромные суммы. Местом своей дислокации они поначалу выбрали автовокзал, где народ был не особо богатый, провинциальный и транзитный, но потом, изучив людской поток и его покупательную способность, перебазировались к недавно отстроенному универмагу, бетонное здание которого очень напоминало одну французскую тюрьму. Видимо, поэтому место это иначе как Бастилия никто и не называл. Стояла эта Бастилия на пригорке, рядом с колхозным рынком, где по выходным было не протолкнуться, и тихой речушкой, которая через полкилометра растворялась в другом водном потоке, волжском.

И без этих незваных гостей ментам работы было невпроворот, гастролеров-карманников здесь было хоть пруд пруди, а тут еще и эти…

Короче, достали они всех – и власть, не понимающую, как этих припершихся жуликов засадить за мошенничество в места не столь отдаленные, и граждан, заваливших милицию заявлениями о том, что группа мошенников лишила их последних сбережений.

Первое время менты их регулярно таскали в Центральное РОВД. Приедут, заберут, а потом, глядишь, через пару часов и отпустят. И доподлинно неизвестно, почему они не могли доказать факт мошенничества, то ли от нехватки ума, то ли от неистребимого желания получить хоть какую, но взятку. Во всяком случае процедура перемещения денег из одного кармана в другой была куда приятнее долгих разбирательств.

Это только поначалу жулики, едва завидев ментов, поднимались на крыло и с утроенной скоростью направлялись вниз к реке, где их поджидала моторная лодка. Наладив взаимопонимание с властью, они даже ухом не вели, когда мимо проезжала милицейская машина или проходил в форме мент. Мол, у каждого своя работа, чего суетиться!

Так бы продолжалось бесконечно долго, но однажды количество жалоб и заявлений от граждан преодолело какое-то не ведомое никому, кроме начальника УВД, критическое число, и на очередной «радионяне» генерал спросил с резким укором начальника Центрального РОВД, до каких пор будет продолжаться это безобразие.

— А мы сделать ничего не можем! Чем мы их можем наказать? За их деяние предусмотрена всего лишь административная ответственность. А мы, по сути, столкнулись с организованной преступностью! Может, это и поручить Шестому отделу? Хватит им штаны просиживать!

Как и следовало ожидать, тут же разгорелся жаркий спор о том, кто и что периодически у себя просиживает, но в итоге уже к одиннадцати утра Большаков и Зайцев были вызваны в кабинет к начальнику отдела Мартьянову, который приказал безобразия наперсточников прекратить раз и навсегда.

— Делайте все что угодно, но во что бы то ни стало покажите этим наглецам, кто в городе хозяин! Поняли меня?