Книга Кровавый вечер у продюсера, страница 119 – Николай Леонов, Алексей Макеев

Когда сыщик вернулся в кабинет, то застал там напарника, который сидел с весьма озадаченным видом.

— Что это с тобой? — поинтересовался Лев Иванович. — Сидишь с таким видом, будто тебе с того света позвонили.

— Ну, в каком-то смысле так и есть, — ответил Станислав.

Гуров с любопытством посмотрел на него:

— Рассказывай.

— Сначала присядь. А то, не дай бог, упадешь.

— Да ладно, падать-то невысоко, — усмехнулся Гуров, но все же сел за стол. — Так что там?

— А там, Лев Иванович, то, что, оказывается, помер наш Васенька три с половиной года назад.

— Вот это да, — слегка ошарашенно посмотрел на него сыщик. — Он что же, как в том старом кино, жених с того света?

— Жених или не жених, а факт есть факт, — сказал Крячко. — Я лично позвонил в этот городок, причем не только местной полиции. Запросил еще и местный ЗАГС. Но ответ был тот же самый. Беляков Василий Григорьевич, такого-то года рождения, числится умершим. Полные его однофамильцы и тезки там не проживают и не проживали никогда. Вот и вся арифметика.

— Хорошая арифметика, — качнул головой Лев Иванович. — Тут одно из двух получается: либо Белякова ошибочно признали мертвым, либо…

— …либо он не Беляков и живет по чужим документам, — закончил Стас. — Но с его стороны это, по-моему, чересчур самонадеянно. Сейчас ведь все данные пробить гораздо проще, чем двадцать или даже десять лет назад. Жить по липовой «ксиве», да и еще и с именем покойника…

— Тут я с тобой согласен, — кивнул Гуров. — Потому что Беляков — не Кощей Бессмертный и не зомби из фильмов-страшилок, а вполне себе реальный и живой человек. А насчет самонадеянности — тут как посмотреть. На складе-то он работал неофициально, трудовой договор не заключал, данные его никто не проверял. Поэтому и не всплыло это. Вот если бы все официально, тогда другое дело. Но надо выяснять, что там да как.

— Ну, это можно у самого Васи, или кто он там на самом деле, спросить.

Гуров подпер рукой подбородок.

— Что-то меня терзают сомнения, что он скажет.

— Он и в поджоге не сразу признался, — возразил напарник.

— Ты не сравнивай. Одно дело — поджог с несколькими трупами, а другое — подделка документов. Точнее, их использование, потому что подделывал их, скорее всего, не сам Вася.

— Но за оборот тоже есть статья. Да, Лева, ты прав. Ответственность там разная. Да и, если уж на то пошло, раз уж признался в одном, то смысл запираться в другом? Не думаю, что это как-то сильно ухудшит ему приговор. Статьи разные, преступления — тем более. Но за фальшивки ответственность куда меньше, чем за «мокруху» или даже причинение по неосторожности.

— Согласен, но если он все же не скажет? — продолжал настаивать сыщик.

— Лева, ну тогда мы просто возьмем ноги в руки да и съездим туда. Я по карте посмотрел, на машине туда не так уж долго ехать. Чуть больше часа.

— А Орлов отпустит?

— А почему нет? Наш генерал редко нас не отпускал. Особенно по служебной надобности.

— Ладно, твоя взяла, — махнул рукой Лев Иванович. — Придется тащиться к Белякову опять. Если его еще в СИЗО не увезли.

— Вряд ли, — покачал головой Станислав. — Сам знаешь, у нас так быстро дела не делаются. Может, его даже в суд еще не увозили. Не та птица, по крайней мере. И вот еще что, насчет документов… Если Беляков — по ошибке покойник, это очень легко проверить.