Книга Леди и повеса, страница 36 – Лоретта Чейз

— Мне нужна утонченная и искушенная жена, – продолжал полковник. – От юной девушки такого ждать не приходится, и я не представляю, как ее можно будет этому научить.

Что же до обучения леди Шарлотты, то это дело будет куда интереснее и достойнее. Она привыкла быть слишком свободной, что всегда опасно для женщины, и легко от этой свободы она не откажется. Однако на этот счет полковник Моррель не беспокоился. В армии он имел дело с избалованными аристократами и буянами из низших классов. Он сможет справиться с чрезмерно своевольной молодой дамой, сколь бы умна она ни была. Он не сомневался, что она будет ему благодарна. У нее достаточно ума, чтобы оценить внимание и заботу, когда есть кто-то, кто сможет взять все трудности и волнения на себя.

— Я соглашусь, если под словом «искушенная» ты подразумеваешь «старая», – откликнулся дядюшка. – Ей надо было давным-давно пойти под венец. Тут что-то не так, но молодым людям без толку что-то внушать. – Он отхлебнул вина и нахмурился. – Если уж говорить о ложке дегтя в бочке меда, то я слышал, что по соседству там поселился Дариус Карсингтон. На твоем месте я бы смотрел в оба. У молодых сыновей Харгейта есть умение жениться на богатых.

— Правда?

Полковник Моррель вспомнил идиллическую сцену в библиотеке, которую он прервал своим приходом. Невозмутимая леди Шарлотта казалась взволнованной и возбужденной. Это был плохой знак.

— Во время светского сезона я встречался с двумя его старшими сыновьями, но о других почти ничего не знаю. Позволю себе предположить, что вы что-то знаете, сэр.

Конечно же дядюшка все знал, с удовольствием все это рассказал и даже больше. Ведь именно для этого полковник Моррель и пожертвовал воскресным днем.

Дядюшка говорил, племянник слушал, подмечая любую деталь и запоминая ее для того, чтобы воспользоваться ею в будущем.

Тщательно все обдумав, Дариус решил в воскресенье переехать в Бичвуд-хаус. Хоть он и не мог пометить свою территорию, как это делают животные, он разместил вещи в жизненно важных местах, дабы помочь дамам запомнить, кто в доме хозяин и каковы там правила.

Не теряя времени, леди Литби сразу же принялась за работу. Ранним утром понедельника они с падчерицей прибыли в усадьбу. Она тотчас же отослала лондонскую прислугу – к ее невообразимой радости – обратно к леди Харгейт и наняла местных жителей, которые заполонили дом, словно муравьи. Они скребли, чистили, вытирали пыль, чинили и ремонтировали. Вытащили из дома груды мертвых насекомых.

Несмотря на постановление Канцлерского суда, кто-то сделал так, чтобы в доме не завелись грызуны, регулярно запуская туда кошек. В доме было пыльно, повсюду виднелась плесень, в нескольких местах осыпалась штукатурка, но живность там не завелась. Или же, если грызуны и маленькие зверушки все-таки там обосновались, у них хватило соображения сбежать до появления леди Литби.

Дариус хоть и не сбежал, но старался не пересекаться с леди Литби.

Это продолжалось до вечера пятницы.

Он с новым управляющим Перчесом был на приусадебной ферме, когда туда, задыхаясь и потея, прибежал его камердинер Гудбоди.

Было само по себе поразительным увидеть всегда сдержанного, тихого, не попадающегося на глаза слугу вбежавшим со стороны запущенного парка. Поражало то, что он всю дорогу несся без оглядки.