Книга Первая ночь для дракона, страница 120 – Елена Счастная

Вигхарт сделал шаг назад, и девушка смолкла.

— Знаете, такое рвение можно было бы счесть полезным. Счесть сильной чертой. Но только не за счёт здоровья и жизни неповинного человека. Она не виновата перед вами в том, что… такая, какая есть. И что вас всех она так задевает.

— И вас тоже? — Маргит дёрнула уголком рта.

— Я мыслю чуть по-другому. — Вигхарт отвернулся. — А вы можете собирать вещи. Завтра под стражей отправляетесь домой, а оттуда — в изгнание на границу с Бергландером. Там для вашего мужа и его сомнительных рвений найдётся много применений.

— Я не останусь в изгнании с Родхаром! — едва не взвизгнула Маргит. — Лучше повесьте меня. Или голову отрубите.

Да, слухи о возможной тяге её супруга к неоправданной жестокости по отношению к женщинам теперь дошли и до Вигхарта. Если бы это открылось раньше, возможно, он быстрее нашёл бы отравительницу Лоры.

— Я приставлю к вам своих людей. Они присмотрят за вами, — попытался он хотя бы в этом успокоить эфри. — Как только найдётся достаточно доказательств его жестокости и вины в смерти предыдущей жены, он сразу отправится в Кифенвальдские темницы. Вы же не окажетесь там только потому, что я верю, что вы не желали эфри Вурцер смерти. Что ваш поступок был результатом только вашего страха и незнания об истинной опасности дифтигов.

Маргит встала, держа спину неестественно прямо, разгладила юбку платья, явно пытаясь скрыть дрожание рук.

— Благодарю за милость, ваша светлость. Позвольте только узнать, надолго ли я отправлюсь в изгнание?

— До моего следующего распоряжения насчёт вас. И кстати, — добавил он, — о вашем отъезде лучше не говорить другим эфри раньше времени. Я сам им всё объясню.

Маргит присела в книксене и степенно вышла, явно стараясь сохранить лицо. После разговора с ней на душе осела неприятная горечь: её тоже можно было понять. Однако это не оправдание. Порой даже война не оправдание для жестокости и убийств, а уж женское соперничество — тем более.

Дальше пришлось срочно решать и улаживать все неприятные недоразумения, связанные с гибелью слуги на балу. Но случившееся вызывало всё больше подозрений. Никогда не было такого, чтобы блокирующая метка кёнига вдруг переставала действовать. Просто так, пройди хоть сотня лет. А тут — стоило только Лоре оказаться рядом с фон Талем, коснуться его — и стряслась очередная беда.

Но ведь Лора — человек, обычная, лишённая магии девушка… Вигхарт опустил взгляд на шкатулку с драгоценностями фон Абгрундов. То, что она теперь открывалась только эфри Вурцер, уже говорило о том, что применять к ней слово “обычная” — это только успокаивать себя. И оправдывать своё нежелание дальше лезть в жизнь Лоры, в её прошлое, которое чем больше открывалось, тем большими загадками одаривало.

— К вам графиня фон Вальд, — внезапно доложил Нидгар.

И чуть ссутулился, когда Вигхарт поднял на него вопросительный взгляд.

— Я просил не беспокоить меня некоторое время.

Он невольно повернулся и посмотрел в окно: солнце уже ушло на закат. Похоже, он просидел, разбираясь то с одним делом, то с другим, гораздо дольше, чем рассчитывал.

— А кого мне ещё беспокоить? — голос Лотберги словно скрежетом ударил по ушам. — Ты сидишь здесь, заперся, а между тем эфри Вурцер на грани истерики. После того как ей рассказали о смерти отца её мужа, — женщина при этих словах коротко закатила глаза, — она просто погасла.