Книга Первая ночь для дракона, страница 53 – Елена Счастная

И вообще, показалось, что сегодня в замке и вокруг него витает какая-то едва уловимая напряжённость. Но стоило лишь приблизиться к эфри, как я тут же узнала все подробности. Потому что девушки были совершенно раздосадованы. А графиня фон Штейн и вовсе оскорблена в самых своих лучших чувствах — если у неё они вообще имелись.

— Вы представляете? — первое, что донеслось до слуха, когда я вышла на круглую площадку посреди буйно цветущих груш, где эфри кучкой сидели на длинной скамье. — И зачем мы только здесь собраны? К чему это унижение?

Оказалось, это возмущалась Маргит. Да ладно! Неужели у кого-то из них вдруг появились зачатки здравых мыслей в голове? Не зря я возлагала на северянку больше всего надежд.

— Что-то случилось? — Я остановилась рядом со скамьёй. — Или вы наконец прозрели?

Эфри все, как одна, подняли на меня мрачные взгляды. Даже Эбреверта сегодня явно волновалась, отчего постоянно покручивала на пальце перстень с изумрудом.

— Можете радоваться, — ответила она так капризно, будто кто-то с утра опрокинул её пудреницу. — Кажется, скоро нас всех отправят по домам.

Досадно! Как я жить буду без его великой и неотразимой драконьей светлости? И без этих милых девушек.

— Вам приснился плохой сон? — Я всё же присела рядом с любезно подвинувшейся Николь.

— Сегодня приехала она, — буркнула Маргит. — Марлиз цу Раух.

Я нахмурилась, пытаясь припомнить, откуда знаю это имя. Точно слышала не так уж давно — наверное, посреди всех слухов, что витали после окончания сражений вокруг верхушки драконьей знати. Постойте… Да, точно! Марлиз цу Раух. Единственная женщина-военачальница кёнига-узурпатора. И фаворитка его кузена, герцога Филиберта фон Таля. Весьма открытая — из тех, которую не прячут в шкафу, а которой кичатся даже перед законной супругой. Потому что деваться той всё равно некуда. А такая любовница — как знак отличия. Как редкая добыча.

О её красоте, что равнялась силе и могуществу, ходили едва не легенды. Большей частью всё же среди женщин. Даже в доме Эдвина Вурцера я слышала их не раз. Мужчины же чаще всего отмалчивались, потому что большинству из них такая женщина не по зубам, а значит, любые рассуждения и сравнения будут не в их пользу.

Всё это прекрасно и даже интересно, но что бы ей тут делать? И с чего эфри так взволнованы, будто его драконья светлость вдруг объявил о свадьбе, а их не пригласил?

— И что же? — всё же уточнила я, уже понемногу раздражаясь от загадочных выражений лиц всех эфри, которые отчего-то выжидательно на меня уставились.

Как будто я в обморок должна упасть только от звука её имени.

— Вы бы видели их. Вместе, — фыркнула Эбреверта. — Там от искр ослепнуть можно. Думаю, она вполне может сделать так, что нас не будет в Кифенвальде уже завтра. Я слышала, что они очень близки. И Марлиз давно уже окручивает герцога.

Я приподняла одну бровь, недоумевая от искренней досады, что звучала в каждом её слове.

— Послушайте себя! — оборвала я причитания графини. — Вы замужем! Вас дома ждёт супруг. Которому, наверное, не слишком-то приятна мысль, что сегодня его жена, возможно, проснулась с другим мужчиной в постели. А вы переживаете о том, что его светлость лишний раз взглянул мимо вас? Серьёзно?

Я встала, буквально закипая. Что, обаяние, харизма Вигхарта оказались столь велики, а собственные мужья так безразличны им, что они с лёгкостью выбросили тех из головы? Ну да, герцог — мужчина поэффектнее многих, богаче, влиятельнее… Но всё же. Думала, только у меня такая непростая история замужества, а у остальных-то, похоже, не лучше.