Книга Молия, страница 236 – Маргарита Серрон

Киан успел спрятаться сам и спрятать Арима в тот момент, когда рядом с местом, где они находились появился огромный Макс. С ним сейчас Киан вообще не хотел встречаться. Ему и так хватало других более серьезных проблем, чем разборки с неуравновешенным мужчиной, который судя по напряженной фигуре и сжатым кулакам просто рвался в бой, чтобы расквитаться за прошлые обиды. Когда Макс ушел из приватной зоны, расстроенно щелкая пальцами, жрецы через черный ход покинули клуб. Все свои надежды Киан связывал только с Матвеем, который ему казался очень сообразительным мужчиной, скрывающим под немногословность проницательный ум и жизненную смекалку. Он должен разобраться в том, что происходит. Он единственный видел, как Киана насильно заставили сесть в машину и покинуть усадьбу. Практически похитили с его же помолвки. Все, что Киан хотел, так это встретиться с Молей и поговорить, но он был связан по рукам и ногам. Вся его жизнь теперь висела на волоске. Согласия между трех верховных жрецов не было, как и не было стабильности, они были похожи на порох, готовый взлететь на воздух от одной обидной фразы или слова. Очевидно, эти блюстители порядка высшей касты не просто так вместе прибыли на Землю. Все они много лет копили обиды друг на друга и теперь, на чужой планете, не беспокоясь за последствия их разрушительной силы и не боясь подорвать собственный авторитет, они могли спокойно спустить пар и вылить друг на друга всю грязь, которую собирали столетиями, фильтруя и отсеивая, пока она не превратится в сухой порох. Хотя это даже радовало Киана. Чем больше они будут грызться и выяснять отношения, тем меньше у них будет времени, чтобы следить за ним. Импульсивного Макса он в расчет не брал, этот землянин никогда его не найдет, даже из ненависти. Все, на что он был способен, это качественно махать кулаками и пугать оружием, используя свою физическую силу и военные навыки. Для выслеживания Киана нужно было терпение, ум и звериное чутье, котором обладал только Матвей, не смотря на весь свой лощеный вид городского модника. Это было лишь удобной ширмой, картинкой, на которую вились простаки, но опытный жрец видел, что за модными дизайнерскими шмотками и видом, «я ваш в доску», скрывалась многогранная натура и редкая способность к выживанию в любой среде, будь то лес или городские джунгли. Только на своего помощника он и делал ставку, веря в него, как ни в кого другого. Но больше всего Киана пугала приходящая ему во снах возможная реальность, та, в которой Моля его ненавидит. Каждый день он молил Богов, чтобы они открыли ей сердце и не дали любви, такой огромной и всепоглощающей, исчезнуть навсегда, сметенной ураганом ненависти. Он не предавал Молю и не хотел, чтобы так все получилось. Он страдал, никогда раньше он не чувствовал душевные муки, смеясь всякий раз даже при намеке о таких переживаниях, не имеющих логической природы, а значит и права на существование. Но теперь и сам угодил в капкан, из которого не хотел выпутываться. И плевать ему было на то, как он жалок сейчас был. Его наставники, верховные жрецы не понимали и не разделяли его взглядов, рассуждая точно так же, как и он еще совсем недавно.

Лед не слышит пламя, потому что огонь слишком опасен, он может растопить все, к чему дотронутся его жаркие языки, оголив не только тело, но и душу. Слабый жрец — мертвый жрец. Достоинства обретаются столетиями, а потерять их можно было за одно мгновение. Киан знал это истину еще с детства, поэтому всегда был очень осторожен во всем, тщательно подбирая свое окружение. Но Моля прорвала все его барьеры, всего за один месяц она разрушила плотину, которую он воздвигал триста лет. Только такая женщина достойна быть его женой. Но как эту мысль донести до трех упертых полубогов, помешанным на соблюдении традиций, чей разум был намертво закован в предрассудках, так же, как и его когда-то. Как объяснить, что ребёнок, родившийся от такого брака, может быть сильнее, чем все жрецы? Киан видел только один способ. Это было сумасшествие, но он должен был познакомить Молю с тремя самыми опасными существами на его планете. Лишенный своей силы, он не сможет ее защитить, но хрупкая и ранимая ведьма не так проста, он видел ее силу в действии. Она должна убедить их в выгоде их союза. Только так возможно будет достучаться до разума вершителей судеб. Киан до сих пор содрогался от этой мысли. Но у него было время подумать и все взвесить. Через месяц его заточения, безумная мысль окрепла и созрела до реального плана.