Книга Молия, страница 237 – Маргарита Серрон

Киан очнулся и понял, что не может пошевелиться. Он был связан и очень крепко, все тело затекло, он почти не чувствовал рук, поднятых над головой. Он все еще обладал недюжинной физической силой, но не мог сдвинуться ни на сантиметр. Его лодыжки и руки были намертво прикованы толстыми металлическими наручниками к стене, удерживая его в вертикальном состоянии. Он дернулся, пытаясь высвободиться, но лишь в кровь содрал запястья. Он не понимал, что происходит и кому понадобилось его приковывать. Он огляделся по сторонам. Пустое помещение едва освещалась слабо мощным светильником, прилепленным к потолку. Воняло плесенью и затхлым воздухом. Очевидно его держали в подвале. Но кому в здравом уме пришла такая мысль? И почему верховные жрецы его еще не освободили?

Киан хорошо помнил, как они с Карианом уехали в ночной клуб, оставив разбираться с ледяной решеткой взбесившихся Арима и Торра. Лэры были не в себе, поэтому Кариан решил их немного освежить, заточив в лед. Все было, как всегда, возвращались они домой уже глубоко за полночь. Коттедж находился за городом, поэтому дорога занимала час с небольшим. Киан напряг память. Их машину остановил полицейский патруль и попросил выйти. Лэр Кариан не желал выполнять чьи-либо указания, считая это ниже собственного достоинства, и Киан вышел из машины один, чтобы выяснить в чем дело. И на этом моменте все его воспоминания заканчивались. Что произошло дальше он не помнил. Кажется, что-то прострелило его голую шею, вспышка боли и темнота. Глупые земляне, три верховных жреца в гневе, могут стать апокалипсисом для планеты, на которую им по-настоящему плевать. Никто не станет их винить в уничтожении чужого мира, посягнувшего на жизнь их драгоценного сородича. Одно дело самим судить провинившегося жреца, а другое дело, когда кто-то, настолько примитивный в своем развитии, смеет посягнуть на жизнь будущего лэра, правителя древней и сильной цивилизации. И самым страшным было то, что жрецы сами лишили Киана его силы, сделав его беззащитным. Никто не ожидал такого наглого и дерзкого нападения. Если жреца похитили, то Кариан не успел отреагировать и защитить его от нападавших.

Прошел час, а может и не один. На этой планете Киан с трудом ощущал ход времени. Он устал дергаться и кричать, проклиная своих врагов самыми страшными словами. Он охрип и перестал чувствовать свои затекшие руки. Хорошо, что ноги еще хорошо его держали. Вскоре свет в помещении погас. Киан напряг зрение, ожидая нападения в темноте, он старался сконцентрироваться, чтобы не пропустить удар. Послышалось какое-то жужжание, затем скрип и равномерное постукивание приведённых в движение механизмов. Жрец хорошо видел в темноте. Глаза его полностью адаптировались. Ему не нужен был свет, чтобы разглядеть то, что происходит в комнате. Из панели, спрятанной в противоположной стене, выехала конструкция, напоминающая металлический круг с подвешенными к нему по периметру металлическими дубинками. Круг завертелся и стал приближаться к стене, где висел Киан. Тяжелые металлические дубинки пришли в движение. Под действием центробежной силы они стали подниматься. Круг набирал скорость, а дубинки набирали силу. Киан прикинул, что смертоносная мельница сделает отбивную из его торса уже через несколько секунд. Ее высоту кто-то отрегулировал как раз так, чтобы располосовать ему живот и грудь. Он никогда ничего не боялся, но смерть в жалком подвале, где отребья человеческого общества придумали и соорудили машину для убийства, даже не пытаясь сразиться лично, была для жреца унизительной. Он гордо поднял голову и посмотрел перед собой. Он даже успел улыбнуться, пока не почувствовал первый тупой удар в живот, затем второй в грудь. Мельница смерти работала без сбоев, ближе к пятидесятому удару, Киан почувствовал, что его мышечный корсет превращается в фарш, а стальные дубинки уже скользят по голым костям его ребер, раздирая внутренности. Он почувствовал, что больше не сможет противостоять костедробилке. За время истязания он не проронил ни единого слова. Но когда адская машина достигла его внутренних органов, Киан закричал нечеловеческим голосом и потерял сознание. Он не слышал, как механизм тут же отключился.