Книга Второй шанс для мачехи, страница 56 – Айли Иш

Оторвавшись от желанных губ только для того, чтобы вдохнуть воздуха, граф притянул жену ближе, обняв и положив голову на плечо.

— Так уж и быть, второй долг приберегу на потом.

Альфидия замерла, зажмурившись, пытаясь отдышаться и унять разогнавшееся сердце, щёки горели, губы пылали, а мысли куда-то лихорадочно неслись.

— Я жду твою убедительную благодарность, Альфи, — Калистен поцеловал её в ушко и отстранился, заглядывая в глаза. — Осчастливишь меня?

Графиня нервно облизнула губы, кивнула.

Да, она мысленно настраивала себя на это, она сможет.

Альфидия протянула руки, не зная, куда их деть, осторожно дотронулась кончиками пальцев до его скул, погладила виски и немного растерялась, потому что муж делал это всё так естественно, а она терялась в элементарном. Потом выдохнула, возвращая себе решительность и оставила руки на его плечах, слегка приподнялась на носочках, чувствуя, как ладони Калистена сжали его талию.

— Благодарю, — предельно серьёзно сказала Альфидия и прижалась своими губами к его губам, смотря глаза в глаза.

И… всё? Этого достаточно?

Эрдман отстранилась, вглядываясь в лицо мужа, пытаясь понять, всё ли она сделала как надо, доволен ли он.

— Это очень приятно, — Калистен медленно провёл языком по своим губам. — И куда больше, чем в первый раз. Но я жажду получить большего, моя дорогая жена. Поцелуй меня так, как я обычно целую тебя.

Альфидия даже встрепенулась от его слов, нервно выдохнула. Так же? То есть ей нужно делать языком, что и он? Самой? Она вообще так сможет? Это же неприлично! Приятно, но неприлично!

Когда это делает Калистен, то это кажется естественным и правильным, а вот ей, если она… это же так пошло!

Граф терпеливо выжидал и даже сам наклонился ниже, закрыв глаза, чтобы жене было проще.

— Благодарю, — в этот раз её голос подрагивал и Альфидия прижалась своими губами к его, чувствуя дикое смущение и волнение. Она робко высунула язык и коснулась его губ, но Калистен послушно приоткрыл свои губы и Альфидия решилась. Да, она сама углубила поцелуй, неловко и скованно попыталась повторить его движения и когда Калистен ответил на поцелуй, испытала невероятное облегчение. Его руки на её талии сжались сильнее, Альфидия нервно вцепилась в его плечи и этот поцелуй вышел спешным, жадным, быстрым.

Он отстранился первым, улыбался довольно и, не говоря ни слова, подхватил на руки, и понёс к кровати.

Альфидия прижалась к груди мужа, думая о том, что уже надо начинать привыкать к тому, что Калистен при любом удобном случае хватает её на руки.

Он опустил её на кровать, нависая сверху, заглядывая в глаза.

— Моя смелая жена, потерявшая стыд и приличия, — довольно засмеялся Калистен.

И поцеловал графиню прежде, чем она успела высказать ему слова возмущения.

Альфидия вновь отдалась поцелую, чувствуя, как руки мужа гладят её бока, касаются живота. Те самые прикосновения, которые стали приятны и желанны.

— Альфи, — граф оторвался от её губ и стал целовать шею.

Графиня выгнулась, откинув голову и закрыв глаза. Она старалась не думать, а чувствовать: каждое дыхание, каждый поцелуй, каждое прикосновение.

Альфидия открыла рот, нервно выдохнув, когда он сжал её грудь, через сорочку чувствуя жар прикосновения. Она зажмурилась, отворачиваясь, прикусывая губу. От его уверенных касаний что-то просыпалось в ней. Что-то незнакомое, большое, поглощающее. Это пугало. Это чувство было незнакомым и неконтролируемым. На какой-то миг графиня испугалось, что оно будет так велико, что она потеряет себя в нём.