Книга Второй шанс для мачехи, страница 68 – Айли Иш

В дверь постучали и после разрешения, курчавая голова Лейфа заглянула в комнату. Последнее два дня его кудряшки стали виться ещё сильнее.

— Мам, — он всё ещё запинался на этом слове, но говорил уже уверенно. Пасынок стал звать её матерью с того дня, как она узнала, что не будет иметь детей. Тогда это отозвалось чем-то болезненным, колющим, но сейчас это слово было объятием и заботой.

— Да, Лейф, — улыбнулась Альфидия, отходя от цветов, что рука ещё не поднялась выкинуть. Это подарок Калистена. У неё больше нет его подарков. А будут ли ещё?

Мальчик вошёл, прокашлялся в кулак и подошёл с листом, протягивая, Альфидия заметила, как слегка порозовели его щёки. Её мальчик учился справляться со своим смущением, он будто бы резким толчком стал решительнее и твёрже и графиня не могла понять, что именно послужило его резкой перемене, ведь в тот момент оплакивала своё горе.

Она просмотрела табель оценок. Новые преподаватели у него не так давно и для оценок по семестру тоже рановато, но видимо Лейф хотел ей продемонстрировать свои оценки и усердную роботу.

Он так охотно стал делиться с ней многими вещами, что поначалу Альфидия растерялась, не зная, как правильно показать ему, что ей приятно и важно, что пасынок говорит с ней о многом, что сам подходит с разговорами, просьбами и советами.

— Это замечательно, Лейф, ты такой старательный, из тебя вырастет лучший граф Эрдман, — она подошла и обняла его.

Пасынок дрогнул, но обнял её в ответ.

— Мам, я буду хорошим сыном, — пообещал он, — ты будешь мной гордиться!

— Я уже, Лейф, — Альфидия нежно погладила мальчика по щек. — Ты сильно возмужал, скоро ты станешь юношей и будешь заниматься с отцом.

Графиня надеялась, что при их общих занятиях их отношения станут лучше. Она хотела, чтобы их отношения были хорошими.

Лейф сморщился при упоминании родителя, но лишь кивнул.

— Не хочешь прогуляться на улице? Снег лежит ровно, так красиво, да и тепло, — предложил Эрдман.

Альфидия бросила взгляд в окно и согласилась. Свежий воздух ей необходим.

Они потратили полчаса на прогулку, Лейф уже уверенно рассказывал про учителей, что нового выучил, задавал ей какие-то незначительные вопросы и Альфидия расслабилась, почувствовала себя счастливее.

Да, своих девочек она никогда не знала, ни разу не держала на руках и отпустила из сердце, вместо запрятанного колючего кома боли впервые ощущая там пустоту. Просто пустоту. Туда можно возвращаться мыслями и не тонуть в горечи потери, просто чувствовать грусть.

Но у неё есть Лейф, есть её мальчик и Альфидия поняла, что действительно любит его, как сына. Графиня не думала, что будет испытывать к нему такие чувства, она просто хотела жить для него в благодарность, чтобы сделать его жизнь счастливой, чтобы он не знал горя. Но в этом стремлении, из их общения, из его отзывчивости, заботы и внимания, Альфидия поняла, что действительно любит его.

Она не женщина, у которой не может быть своих детей. Она женщина, у которой есть такой замечательный сын. Сын, который простил ей подлость и единственный вернулся за ней, хотел подарить тихую старость и сытую смерть. Альфидия надеялась, что тот Лейф, у которого она умерла на руках, тоже обрёл счастливую жизнь, ведь он подарил ей эту.

Жаль, что с Калистеном не будет общих детей, действительно жаль и ещё болью колет от этого, но у них есть он, их Лейф.