Книга Пленница Повелителя песков, страница 94 – Елена Княжинская

“Нет!” – кричала душа, а сердце разрывалось на части от тоски и боли. Никогда еще прежде я не чувствовала себя такой несчастной и одинокой.

– Да, – пролепетала, мечтая только о том, чтобы никогда больше не ощущать прикосновения его ледяных пальцев. Лучше умру, чем приведу в мир новое чудовище.

– Я не расслышал. Повтори.

– Да, повелитель, я все сделаю.

– Так-то лучше. Ты не так глупа, как кажешься. Верно, в твоем положении нужно держаться сильного, а сила на моей стороне.

Он на мгновение прижался губами к моим губам. Не целовал, клеймил, улыбался, видя слезы в моих глазах.

– Не кривись. Ты привыкнешь. Все привыкают.

Я с трудом сдержалась, чтобы не плюнуть в его лицо. После долго до крови терла губы и полоскала рот отварами трав. Плакала. Завернувшись в покрывало, снова пыталась дотянуться до Зафара. Я ощущала нити жизни почти двух сотен людей, песчаной лисицы, выводка мышей, скорпионов. Лишь один человек был скрыт от меня, будто было что-то в цепи или кандалах, что мешало найти его, будто Повелителя и не существовало вовсе.

… Я почувствовала взгляд Шавката, но не подняла головы. Вынужденно терпела этого человека. Ни видеть, ни слышать его не хотелось. Я не испытывала благодарности за то, что поздней ночью он привез меня в свой дом, прислал служанок, чтобы помочь. Ни теплая вода с ценным маслом розы, ни чистая одежда, ни поздний сытный ужин не смогли примирить меня с действительностью. Я превратилась в пленницу, хуже того, сама приняла эти условия. О, как я сейчас понимала Масуну. Она хваталась за любую возможность, ни перед чем не останавливалась ради достижения своей цели. Ее методы во многом претили мне, но сейчас я была готова пойти на многое, чтобы выжить. Выжить любой ценой.

Я ощущала себя натянутой струной: все внутри вибрировало от напряжения. Коснись и сорвусь. Раз за разом приходилось напоминать себе о смирении, которое и прежде не являлось моей добродетелью.

— Не смотри в глаза халифу. Молчи, пока тебя не спросят, – продолжал наставлять меня Шавкат. – Помни, что твоя судьба в твоих руках. Ты можешь и дальше жить, как знатная джаным, или завидовать последней рабыне. Я все равно получу то, что хочу, но только от тебя зависит то, как сложится твоя жизнь.

Я кивнула. Не смогла ответить. Слова встали комом в горле. Смешно говорить о выборе в моей ситуации. Шавкат ясно дал понять: либо мне гореть на костре за использование магии, либо поддержать его и учиться колдовать, пока он не решит, что с меня довольно.

Теперь я не сомневалась в том, что передо мной тот самый враг, о котором говорил Повелитель. Сила его была велика, если он сумел разбудить стража-скорпиона и послать ифрита. Мне же оставалась только надежда на чудо, вера в Зафара, ничем не подкрепленная, подобная миражу в пустыне, и кинжал, с которым я не расставалась. Умирать не хотелось, но то, что предложил мне Шавкат, нельзя было назвать жизнью.

— Прибыли.

Я и без его слов почувствовала, что носилки остановились. Восемь крепких мужчин дружно опустили их на землю. Рабы, такие же бесправные, как я, но в отличие от них я еще не сдалась.

— Прикрой лицо покрывалом, опусти голову, не смотри по сторонам.

Я подчинилась. Семенила следом за моим мучителем, что уверенным шагом подошел к воротам и потребовал встречи с халифом. Стражники в одинаковых красно-коричневых биштах поклонились ему. Один из них, придерживая саблю, тут же поспешил доложить Джаваду.