Книга Его одержимость. Будешь моей, страница 26 – Дилара Александрова

— Благодарю, мне без надобности…

— Как пожелаешь, — Аманданте зажег камин движением руки. Внутри затрещал огонь. Отблески пламени играли на его крепких скулах. — Правила призваны заявить об уважении, сохранить стабильность в государстве. Так керимы узнают, что их жизнь защищена, подчиняется хоть каким-то законам. Они имеют право на гарантии. Однажды наша династия объединила целый континент под штандартом Индеверинов, а потом и всю планету. Власть — тяжелое бремя. Я вынужден платить за стабильность Империи. Лия была обещана Даркморам.

— Это я знаю, — ответил Кассарион, — Полагаю, именно поэтому я здесь.

— Да, к тому же вы занимаетесь этим делом, граф, как и ваш отец. Но господин Файрон далеко отсюда, а вы на Баллу, поэтому дело я поручаю вам, — вздохнул Император. — Бедная моя Амаранта… о чем же она думала, когда помогала Лии бежать? Любовь — яд, если попадает не в те руки. Когда глава вашего дома узнал, что Лия жива, он посчитал это за оскорбление. Вам, как представителю династии, я дарую возможность это оскорбление исчерпать, — пауза. — Только что пришел отчет... Вы считаете, что Лия с детьми на Омеге. Я склонен доверять вашему острому уму. Если найдете ее первым, сделайте, что должны. Если нет — вам дадут знать, где она находится.

— Благодарю, мой Император. Дом Даркморов ценит ваше честное слово.

А что еще он мог сказать? Кассарион подчинялся общественному мнению так же, как и все на этой планете.

Репутация дома — один из самых важнейших ресурсов, который имелся у знати.

После прошедших слухов о возможном спасении Лии весь род Даркморов буквально стоял на ушах.

А где один слух, там и другой, и вот, уже в курсе вся аристократия. Признаться, ему и самому было неприятно, что его род очерняют сплетнями. Мол, Даркморы стерпели оскорбление, как самые настоящие слабаки.

Знать начинала роптать. Более того, буквально за несколько дней новость облетела всю планету, и представители простого народа, коих насчитывались миллиарды, принялись пристально следить за разворачивающимся скандалом. СМИ трубили из всех щелей, что императорская семья обманула Даркморов, как последних идиотов. Не только спасла Лию, но и скрыла ее побег, растоптав данные клятвы союза. Будто императору было плевать на мнение знати и высоких домов. И обещания его ничего не значат.

Если император плюет на все обязательства, то что стоит его слово?

Просто поразительное оскорбление. Корона, в столь тяжелое для себя время, могла лишиться поддержки своих самых преданных союзников.

«Единственный поступок, который ждут от Императора — восстановление справедливости, — подумал Кассарион. — И он должен сделать это моими руками».

— Дав однажды клятву, нельзя от нее отступить, — задумчиво произнес Император, блики огня танцевали в его глазах. — Не думайте, что мне доставляет удовольствие лишаться членов своей семьи. Но на кону стоит слишком многое. Стабильность. Индеверин сидят на троне без малого полторы тысячи лет, никто из преданной мне знати не примет кого-то другого. Поэтому предателям нужна именно Лия. Чтобы подчинить оставшихся себе, когда меня не станет.

— Мы защитим вас, мой Император, — уверил Кассарион. — Власть на Баллу не падет.

— Сделайте все, чтобы этого не случилось, — голос Амаранте затвердел, он сжал крепкую ладонь в еще более крепкий кулак и ударил им по подлокотнику. — Не многие понимают последствия революции. Я вложил в Баллу все силы, что у меня были. Я не позволю предателям разрушить все, что я создал. — Аманданте повернул голову, посмотрел на Кассариона властным, жестоким взглядом, — Знаете, что случится, если на планете снова возродится феодальное общество, как хотят предатели?