Книга Невеста (патологоанатом) для некроманта, страница 43 – Анна Морская

Выносить это молча стало уже выше моих сил.

— А тебе так хотелось бы испортить меня самому, да? — едко поинтересовалась я.

Ренар отстранился, встретился с моим полным ненависти и отвращения взглядом, и лениво произнес:

— Мне не нравится, как этот дияр на тебя влияет. Больно в себя поверила.

А затем отвесил звонкую пощечину, которая огнем обожгла скулу. Но я не отвернулась, лишь поморщилась, продолжая смотреть ему прямо в глаза.

— Если бы я и правда хотел, я бы мог бы сделать с тобой что угодно, — криво усмехнулся он. — Не забывай, что ты по-своему весьма ценный товар. Какой смысл использовать вещь, пускай даже по ее прямому назначению, если потом ее никто не купит? Но когда ты действительно выйдешь замуж, мы и правда сможем сделать наши семейные встречи куда интереснее.

До чего же доводит людей ощущение полной власти и безнаказанности.

Отвратительно.

— Как прекрасно самоутверждаться за счет человека, который не может ответить, — скривилась я. — Не заметила, чтобы ты был так же уверен в себе в присутствии «ковырятеля трупов».

Глаза Ренара потемнели, он вновь занес руку, как вдруг раздался стук в дверь.

Мы с Ренаром оба вздрогнули, и брат резко отпустил меня, ловко вскочив с постели. Из-за двери послышался знакомый голос:

— Баронесса, вы еще не спите? — осторожно поинтересовался камердинер.

Ренар метнул на меня ледяной взгляд, котором читался немой приказ молчать о произошедшем.

Я тоже встала с кровати, быстро оправила ночную сорочку, провела рукой по волосам, приглаживая их, и громко произнесла:

— Входи, Гидеон, я не сплю, у меня брат в гостях.

Дверь приоткрылась, и в проем шагнул камердинер. Его взгляд скользнул по комнате, по Ренару, по мне, по смятому покрывалу. В глазах камердинера мелькнуло понимание, не полное, но достаточное, чтобы догадаться — что‑то не так.

Однако лицо его осталось бесстрастным, лишь едва заметная складка между бровями выдавала внутреннее напряжение.

— Дияр Ноймарк просил передать, что хотел бы встретиться с вами, если вы еще не отошли ко сну, — произнес он, обращаясь ко мне, но не сводя пристального взгляда из-под стекол очков с Ренара.

— Конечно, я встречусь с ним, — с облегчением ответила я, стараясь звучать естественно. — Гидеон, будь добр, передай дияру, что я буду через четверть часа.

Камердинер уходить не спешил. Его взгляд снова скользнул по Ренару, затем вернулся ко мне. В нем читалось безмолвное: «Вы в порядке?».

Я едва заметно кивнула.

— Мне велено проводить вас, баронесса, — произнес он, наконец.

Намек понятен. Камердинер точно оказался здесь не случайно.

— Брат, — обратилась я к Ренару, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало ни вызова, ни слабости, — ты, наверное, уже собираешься уходить?

Тот усмехнулся, но улыбка не коснулась его змеиных глаз.

— Пожалуй. Завтра рано выезжать. Прости, что задержал допоздна, Оливия, но не мог же я упустить возможность провести время с любимой сестрой.

— Ничего страшного, — я криво улыбнулась. — Я ведь тоже соскучилась.

Как только дверь за Фарреллом младшим закрылась, я коротко и судорожно выдохнула.

— Дияр приказал проверить обстановку, — произнес Гидеон, кажется, с неподдельным беспокойством. — Если все в порядке, то просто справиться, что вам подать на завтрак. Если нет… сказать о предложении встречи.