Книга Полоса препятствий для одержимых - 1, страница 101 – Екатерина Ильинская

Тогда лабиринт сменил тактику.

Отрывок из «Легенды о великом герое Кае Синхэ и подлом демоне Хэй Фэне»

Хэй Фэн шёл впереди, и я послушно плелась за ним, продолжая терзать флейту. Звуки выходили жалобные, кривые, совершенно немузыкальные, я и сама это слышала, но остановиться не могла. Он сказал играть, и я играла. Сам захотел, пусть сам и мучается.

— Хватит, — вдруг произнёс демон без раздражения, скорее задумчиво.

Я опустила флейту, ожидая привычной насмешки. Сжалась внутренне, готовясь к очередной порции «ты безнадёжна, Светлячок». Но он молчал, и мы продолжали идти в тишине, которую нарушали только звуки шагов по камню да моё сбивчивое дыхание.

— Техника у тебя нормальная, — продолжил демон, будто размышлял вслух. — Дыхание достаточное для хорошей игры. Пальцы гибкие, успевают реагировать, хоть и не всегда сразу.

Я замерла, чуть не споткнувшись. Это что — похвала?

— Я совершенно не понимаю, почему у тебя ничего не выходит, — продолжил Хэй Фэн и чуть повернул голову, будто рассматривал меня краем глаза. В полумраке не видно было лица, но голос звучал методично, как у наставника, разбирающего ошибки ученика. — Смотри. За столько лет даже без всякого таланта можно было бы заучить какую-нибудь мелодию, а скорее, несколько десятков. Натренировать пальцы, чтобы играть хотя бы удовлетворительно. Не виртуозно, но ровно и без срывов.

Мы обогнули крупный каменный выступ, и пришлось сосредоточиться, чтобы не споткнуться.

— У тебя есть такая мелодия? — спросил он. — Сыграй что-нибудь простое. Самое простое, что знаешь.

Я растерялась. Простое? «Колыбельную луны»? Её в Школе при Императорском дворе все учили на первом году. Я поднесла флейту к губам, на ходу, стараясь не отставать. Начала, и на третьей ноте пальцы сбились, звук вышел жалобный. Я с досадой выдохнула в инструмент, и он издал ещё один противный писк.

— Понятно. — Хэй Фэн не стал осуждать. Шаг его не замедлился, он словно вообще не обратил внимания на мой провал. — Давай разбираться. Первое: дыхание. Ты дышишь ровно, когда просто идёшь. Но когда начинаешь играть — сбиваешься. Значит, дело не в лёгких.

Я шла за ним, слушала и чувствовала, как внутри закипает странное волнение. Никто никогда не разбирал мою игру без злости, без снисходительности, просто как задачу.

— Второе: пальцы, — продолжал он. — Они достаточно быстрые, я видел на площади. Но между мыслью и движением возникает задержка, которой не должно быть при наработанном навыке. А уж за столько лет навык должен был появиться. Тем более на элементарной мелодии.

Я молчала, перешагивая через очередную трещину в полу. Светлячки послушно кружили вокруг, освещая дорогу. Их свет выхватывал из темноты неровные стены, покрытые странными письменами, которые, казалось, шевелились, стоило отвернуться.

— Третье, — голос Хэй Фэна стал чуть тише, задумчивее. — Возможно, проблема на уровне ци. Когда ты играешь, она должна течь плавно, по кругу: снизу к пальцам, к губам, во флейту, или обратно. А у тебя... она застревает. В груди, вот здесь. — Левой лопатки что-то коснулось, хотя сам демон шёл впереди. Я взвизгнула, подпрыгнула и бросилась под защиту Хэй Фэна, уже нарисовав себе все возможные кошмарные тени, подкравшиеся сзади. — Да не кричи, это моя ци.