Онлайн книга «Полоса препятствий для одержимых - 1»
|
«Что мне делать?! Я… Я не могу!» «Успокоиться, — дал очень умный совет Хэй Фэн, которому я попросту не могла последовать. — Имей в виду: если ты сейчас не сыграешь, они решат, что ты трусиха. Это позор, и до старейшин твоих дойдёт, и принц увидит. А если сыграешь — ну, подумаешь, флейта. Деревяшка. Ты множество раз играла на флейтах». «То были обычные, а в этой ты!» «Частично. Но губами ты касаешься дерева, а не меня. Правда, теперь и мне как-то не по себе от таких образов. Даже, можно сказать, неловко». Я замерла. Неловки? Демону? Тому, кто убивал, мучил, ломал судьбы, неловко? От моих мыслей? «Каких образов?» Молчание. Потом тяжёлый вздох. «Тебе точно не надо этого знать». «Надо! То есть... не надо! Хватить издеваться!» В толпе кто-то засмеялся. Кто-то презрительно фыркнул. — Школа Девяти Напевов, видимо, решила нас посмешить, — донёсся голос из толпы. Пальцы, сжимавшие флейту, стали влажными от пота, дерево под ними казалось ледяным, несмотря на жару. Я перехватила инструмент, чувствуя, как гладкая поверхность скользит в ладони. Поднесла к губам… Глава 15. Чужая победа Затем заболела любимая наложница императора. Ей снился один и тот же сон: будто идёт она по мосту над пропастью, а снизу тянет холодом, и кто-то шепчет её настоящее имя, забытое с детства. Через сорок дней она перестала просыпаться. Тело её не хоронили — ждали, что дух вернётся, но вернулась только тень, и та кривая, злая, непохожая на прежнюю. Император призвал лучших лекарей Поднебесной. Трое вошли во дворец, и трое вышли безумцами. Четвёртый, старец из южных провинций, поставил условие: «Дайте мне ночь в тронном зале, и чтобы ни одна свеча не горела». Ему позволили. Наутро нашли его сидящим на троне, с флейтой в руках, но флейта была сломана, а старец улыбался, глядя в пустоту. После этого Хэй Фэн покинул столицу. Но не потому, что испугался, а потому что насытился. Отрывок из сказания «О том, как Чёрный Ветер по Серединным землям гулял» Воздух со свистом ворвался в лёгкие, обжёг горло, и я выдохнула его в флейту со всей яростью, на которую была способна. Изо всей силы. Со всей злостью. Со всей ненавистью, что копилась внутри. Хотела, чтобы звук вышел противным. Режущим слух. Чтобы демон скорчился от боли. Воздух рванул во флейту. Первый звук вырвался из инструмента, как крик раненой птицы. Я даже не поняла, что сама это сыграла. Просто дунула изо всей силы, и пальцы дёрнулись, нашли нужные отверстия, зажали. В ушах зазвенело. Я замерла на мгновение. Потом до меня дошло: это сделал Хэй Фэн. Это он двигал моими пальцами. Это он заставил их зажать именно эти отверстия, чтобы звук получился не противным, а просто громким, просто сильным. «Нет, — мелькнула мысль. — Пусть тебе будет плохо!» Снова дунула. Ещё сильнее. Ещё злее. Пальцы снова дёрнулись, и снова не так, как я хотела. Они не слушались. Они жили своей жизнью и зажимали отверстия в каком-то своём порядке. Второй звук. Третий. Четвёртый. Они были громкими. Они разлетались над площадью. Но в них не было ни противности, ни режущей боли. Только сила и мощь. Щёки раздувались, лёгкие жгло огнём, но я не останавливалась. Я дула, задыхаясь от злости, и каждый раз, когда воздух вырывался из лёгких, пальцы подхватывали его, оборачивали в ноту, бросали в толпу. |