Книга Развод с драконом. Я аннулирую твою невесту, страница 13 – Лилия Карниенко

Здесь она была той, кто умел видеть правду в линиях.

И теперь у неё забирали даже это.

— Кто подписал распоряжение?

— Магистр Солл.

Элиана тихо рассмеялась.

Смех вышел короткий и совсем не весёлый.

— Разумеется.

Орвин смотрел на неё внимательно, но без жалости.

— До рассвета у тебя есть старый гостевой ключ. После рассвета двери не откроются на твою руку.

— Значит, работать нужно сейчас.

— Элиана.

В его голосе появилось предупреждение.

Она уже открывала нижний ящик стола, где раньше хранились пустые карточки запросов.

— Что?

— Если ты подашь официальное возражение без достаточных доказательств, тебя обвинят не просто в эмоциональном вмешательстве. Тебе припишут попытку исказить брачный порядок рода Вейров.

— Пусть.

— Не говори «пусть», пока не поняла цену. Тебя могут лишить права свидетельствовать в Палате. Любое твоё слово перестанет иметь юридический вес.

Элиана замерла.

Это было хуже изгнания из дома. Хуже снятой печати с писем.

Если её слово перестанет иметь вес, она сможет кричать правду в лицо всем магистрам столицы, но для закона её голос будет равен пустому шуму.

Селеста могла этого хотеть.

Не смерти. Не исчезновения.

Тишины.

— Поэтому, — продолжил Орвин, — тебе нужно не предположение, а старое дело Селесты Мор. Если оно существует.

Элиана посмотрела на шкафы.

— Мор — не драконий род.

— Брачные дела недраконьих родов хранятся в общем реестре, если они касались драконьих контуров, союзных домов или спорных клятв.

— А если дело закрыто?

— Тогда оно должно оставить хотя бы теневую карточку.

Элиана уже шла к дальнему шкафу. Колени почему-то казались слабыми, но шаги были твёрдыми. Тело ещё помнило унижение, круг, белый свет, приказ выйти. Разум уже работал быстрее боли.

Дальний шкаф был старый, с потемневшими латунными ручками. На дверце сохранилась полустёртая надпись: «Союзные фамилии. М — Р». Элиана провела пальцем по замку. Тот не открылся.

Конечно.

Старый доступ ослабевал.

Орвин протянул ей медную пластину.

— Один раз.

— Что один раз?

— Мой ключ закроет след после одного открытия. Потом Солл увидит вмешательство.

Элиана приняла пластину.

— Почему вы рискуете?

— Потому что если тёмно-синий след войдёт в род Вейров, Палата получит не скандал, а катастрофу. И потому что я не люблю, когда мои бывшие ученицы оказываются единственными людьми в зале, способными заметить подделку, а их за это выводят под шёпот.

Он сказал это сухо. Почти сердито.

Элиана отвернулась к шкафу слишком быстро, чтобы он не увидел, как дрогнул её взгляд.

Пластина легла в углубление замка. Металл тихо щёлкнул, и по дверце пробежала тонкая светлая линия. Шкаф открылся с таким звуком, будто его разбудили против воли.

Внутри стояли узкие ящики с карточками имён.

Мор.

Мор, Селеста.

Элиана нашла нужный раздел быстрее, чем ожидала. Слишком быстро. Это само по себе было странно. Если дело Селесты хотели спрятать, карточку могли убрать. Если не убрали — значит, рассчитывали, что никто не успеет или не имеет права искать.

Она вытащила карточку.

Пусто.

На лицевой стороне значилось только имя: Селеста Мор. Ни даты рождения, ни родового статуса, ни номера дела. Только маленький знак в правом углу — полукруг с рассечённой линией.

Элиана нахмурилась.

— Что это?

Орвин подошёл ближе. Его лицо потемнело.