Книга Развод с драконом. Я аннулирую твою невесту, страница 70 – Лилия Карниенко

Вальден посмотрел на неё впервые не как на досадную помеху.

Как на врага.

— Вы забываете своё место.

Элиана встретила его взгляд.

— Именно поэтому я его вернула.

Солл поднял жезл для принудительного закрытия круга.

Рейнар шагнул вперёд.

— Если Палата откажет в проверке при наличии живого отклика, род Вейров приостанавливает признание этого обряда.

— Ты не глава старшей линии, — сказал Вальден.

— Но я сторона брака. Без моей клятвы союз не состоится.

Селеста побледнела.

Вот это было главное.

Не Элиана. Не Палата. Не Вальден.

Рейнар.

Если он не отдаст клятву, обряд нельзя будет завершить даже сокращённо.

— Рейнар, — прошептала Селеста. — Неужели ты позволишь ей разрушить нас?

Он посмотрел на неё.

— Нас не было.

Слова прозвучали тихо.

Но в них была точка.

Селеста застыла.

В эту секунду в дальнем конце зала раздался шум.

Не шёпот. Не возмущение.

Двери, ведущие из старого судебного прохода, распахнулись с глухим ударом.

Сначала вошли двое служителей Палаты. Бледные, растерянные, будто сами не понимали, кого ведут. За ними — женщина-хранительница верхнего уровня, та самая, что показывала книгу угасаний. Её лицо было строгим и белым.

А между ними шёл мужчина.

Высокий, измождённый, слишком худой для дракона, с тёмными волосами, в которых серебрились ранние пряди. Его держали не под руки, а рядом, будто боялись коснуться лишний раз. На виске у него тянулся тонкий шрам, на шее — след старой печати удержания.

Но он шёл сам.

Медленно.

С трудом.

Живой.

Зал замер.

Элиана почувствовала, как браслет на защитном листе вспыхнул тёмно-синим огнём.

Селеста не издала ни звука.

Только отступила на шаг.

Мужчина поднял голову.

Его глаза, тёмные с синим драконьим отблеском, нашли её в центре зала сразу.

Не Элиану.

Селесту.

На его левом запястье горела активная брачная метка — та же тёмно-синяя линия, что вспыхивала в осколке, браслете и проверочном круге.

Хранительница верхнего уровня произнесла в мёртвой тишине:

— Палата предъявляет живого участника первичной клятвы. Дамиан Крайс.

Имя Дамиана Крайса прозвучало в зале так, будто его не произнесли, а вернули из-под камня.

Элиана смотрела на мужчину у раскрытых дверей и не могла сразу совместить живое лицо с тем, что столько дней существовало для неё только в виде обрывков: «...ан», тёмно-синий след, пустая строка в книге угасаний, браслет, вспыхнувший от тайного имени. Документы складывались в порядок легче, чем человек, которого пять лет называли утраченным.

Дамиан Крайс был жив.

Не здоров, не свободен по-настоящему, не цел. На его лице лежала такая усталость, что даже драконья кровь не могла скрыть измождённость. Пальцы на левой руке дрожали, когда он сделал ещё один шаг в зал. Но метка на его запястье горела ровно. Тёмно-синяя, живая, неоспоримая.

Та самая, которую Селеста пыталась провести через Рейнара.

Селеста стояла у алтаря неподвижно. Ни слёз, ни мягкого испуга, ни благородной растерянности. Только бледность и взгляд, в котором впервые появилась не игра, а расчёт на пределе.

Вальден Вейр поднялся.

— Это недопустимое вмешательство в брачный круг, — произнёс он.

Голос его был ровен, но Элиана услышала главное: он сказал не «самозванец», не «подделка», не «это не Дамиан».

Он сказал — вмешательство.