Книга Развод с драконом. Я аннулирую твою невесту, страница 73 – Лилия Карниенко

— Мой брачный браслет был сломан в день аннулирования. После этого его восстановили и вплели в трещину тёмно-синий след Дамиана Крайса. Вместе с этим следом в браслет внесена формула моего якобы добровольного отказа от брака с Рейнаром Вейром.

Рейнар стоял рядом неподвижно.

Она чувствовала его молчание.

Не давление. Не приказ. Просто присутствие.

— Я не давала такого отказа, — продолжила Элиана. — Я не видела полного закрытого протокола. Меня поставили перед родом, уже подготовив снятие доступа, прекращение права входа в дом и представление Селесты как будущей супруги. Всё было готово заранее. До моего отказа подписать документ. До ошибки, которую я нашла в формуле. До любой моей реакции.

Зал молчал.

Элиана подняла взгляд на судей.

— Значит, мой развод был нужен не потому, что брак естественно завершился. Его провели незаконно, чтобы убрать настоящую жену из брачного контура Рейнара Вейра и поставить рядом с ним женщину, управляемую через незавершённую клятву Дамиана Крайса.

Селеста рассмеялась.

Тихо.

Коротко.

Совсем не так, как смеялась бы невинная женщина.

— Настоящую жену? — переспросила она. — Как удобно вы вернулись к этому слову, госпожа Арден. Вот она, вся правда. Не родовые печати, не Дамиан, не Палата. Вы хотите вернуть себе мужа.

Элиана посмотрела на неё.

Раньше эти слова могли ранить сильнее. В зале Вейров — да. В Палате, когда её голос признали ничтожным, — да. Но теперь рядом стоял живой Дамиан, а браслет горел чужим следом. Селеста всё ещё пыталась сделать из схемы чувство.

И это уже выглядело не убедительно.

Жалко.

— Если бы я хотела только вернуть мужа, — сказала Элиана, — мне достаточно было бы позволить вам провести обряд. После того как ваша клятва разрушила бы родовой контур, Рейнар стал бы виноват перед всеми, а я — женщиной, которая предупреждала. Но я пришла остановить не его свадьбу. Я пришла остановить преступление против клятв.

Селеста замолчала.

И тогда заговорил Рейнар.

— Элиана права.

В зале снова стало тихо.

Он вышел вперёд, не в круг, а рядом с ней. Не заслоняя. Не забирая слова. Становясь свидетелем там, где раньше был причиной её молчания.

— Я поверил закрытому протоколу, — сказал он. — Поверил письму, которого Элиана не писала. Поверил голосовому оттиску, который не проверил сам. Поверил Вальдену, Соллу, управляющему Тарну и женщине, которая стояла рядом со мной в зале, потому что так было проще.

Элиана не посмотрела на него.

Не могла.

Если посмотрит сейчас, боль станет слишком живой, а ей нужно было удержать себя.

Рейнар продолжил:

— Проще было считать, что жена решила уйти с достоинством, чем спросить её прямо. Проще было принять новую клятву как необходимость, чем признать, что в старой ещё есть жизнь. Проще было вывести Элиану из круга, чем остановить церемонию перед родом. Я сделал это. Никто не заставлял меня не слушать её. Документы были ложными, но слепота была моей.

В зале никто не двигался.

Элиана почувствовала, как слова ложатся не на неё даже — на тот самый белый круг памяти, где он однажды сказал: «Тогда докажи».

Теперь он доказывал сам.

Не то, что любит. Не то, что раскаялся красиво. Не то, что заслуживает прощения.

Только свою вину.

И именно поэтому его слова имели вес.

— Я не требую от Элианы прощения, — сказал Рейнар. — Не имею права. Но как сторона брака заявляю: аннулирование нашего союза было проведено с нарушением закона брачных клятв. Я требую признать закрытый протокол недействительным до полного разбора.