Книга Сезон продаж магических растений, страница 127 – Валентина Елисеева

Чуть позже они наткнулись на "небесный воскреситель" — его узнала Денали, побывавшая на практике по магической ботанике в группе стихийников. Принц тоже смутно припомнил давнее занятие по данному виду самеллитовых, посещённое им у Лиеры, и их высочества сумели-таки пополнить магический резерв.

У банановой пальмы они благоразумно обогнули по большому кругу вторые дьявольские силки, оставшись под глубоким впечатлением от горы белых костей под ними. Отличный психологический приём использовал декан боевиков: после его «арт-объекта» даже самые безрассудные студенты двигались по маршруту весьма осмотрительно. Принц с принцессой тоже обобрали пальму с превеликими предосторожностями и до конца маршрута действовали сплочённо, предугадывая действия и намерения друг друга, и переругиваясь, как супруги со стажем.

— Остаётся надеяться, чёртова диверсантка явится сегодня на бал, а мы сумеем её вычислить и арестовать, — подытожил Левитт. — Как полагаешь, та, что пыталась убить тебя в академии, и та, что шастала по потайным переходам дворца, — это одна и та же личность?

— Полагаю, это совершенно разные особы, — сдержанно и кристально честно ответила Кэсси. — После того, как меня облачат в форму, поведу тебя в Большой бальный зал для изучения маршрута твоих будущих перемещений по нему. Кстати, не поделишься, что сказал священник горцев о возможности снятия с принца клятвы? Он же не ради одного зелья приглашён был — во дворце своих зельеваров с избытком.

— Общий смысл его речей сводился к тому, что любое изменение клятвы обязательно будет связано с ужесточением её условий. Как известно, магия — не игрушка.

— Как можно ещё сильнее ужесточить клятву пожизненной верности? — пришла в замешательство Кэсси.

— По-разному, — сухо обронил Левитт. — Но в политике, когда речь идёт о наследнике престола, который в свою очередь обязан оставить наследников, это всё неприемлемые варианты.

Бал — дело тонкое.

До какого-то момента всё шло как полагается. Юные красавицы в бальных платьях под зорким присмотром матерей вступали в зал гордыми павами под руку с седовласыми отцами или щеголями-братьями. Дворецкие раскланивались; лакеи расшаркивались и бегали с подносами, полными прохладительных напитков; церемониймейстер следил за тем, чтобы никто из гостей не был обделён вниманием, а мероприятие протекало с должной величавостью и помпезностью. Музыканты на верхних галереях наигрывали тихую мелодию. Обаятельные невесты на выданье обаятельно улыбались и чирикали остроумную чепуху в ответ на галантные каламбуры ухажёров (и то и другое чаще всего придумывается заранее и репетируется перед зеркалом). Его величество король восседал на высоком постаменте в окружении наследников престола, высоких заграничных гостей и вдовствующей королевы-матери, ради такого случая решившей посетить столицу. Как-никак, глава службы имперской безопасности был её родным племянником, и она желала видеть, кого он изберёт себе в спутницу жизни.

Упомянутый самый завидный жених королевства, ранее громко заявивший о намерении жениться, появился в зале с видом великомученика, готового нести уготованный ему крест, и юные леди заметно оживились. Улыбки стали ещё обаятельней, остроумие — ещё поразительней. Не все принялись откровенно флиртовать с главой имперской безопасности: многие придерживались той стратегии, что велит собрать вокруг себя максимум кавалеров для надежного привлечения основного объекта охоты и создания у него ложного представления, что охотник здесь — он. Здоровая конкуренция — двигатель не только торговли, а стайка поклонников — неплохая наружная реклама. При виде дамских уловок Кэсси вспомнился один вид магического травянистого растения. В период цветения оно отращивало себе пёстрые листья, окраской похожие на бабочек. Скидывало их и с помощью магии отправляло порхать над своими бутонами. Настоящие бабочки при виде беззаботно лакомящихся нектаром «сестёр» тоже слетались к цветочкам… ну а далее — земля пухом наивным бабочкам!