Книга Сезон продаж магических растений, страница 211 – Валентина Елисеева

Невидимый враг явно разбирался в магических тонкостях лучше неё — атака целого леса была затеяна им не устрашения ради и не ради демонстрации своих убийственных возможностей. Магов изнуряли специально, чтобы им не хватило ни сил, ни резерва артефактов для защиты от финального удара!

— Вынуждая долго сражаться с растениями, она вытягивает резерв из магов и защитных артефактов, — предупредила Кэсси.

— У неё это здорово получается. Многие уже схватились за холодное оружие, — скрипнул зубами гвардеец. — Будем стараться никого не выпустить на берег.

Битва затягивалась.

Сумевшие выбраться из западни гвардейцы, согласно указанию нэссы Валенса, разворачивали бегущих придворных в противоположную от реки сторону. К сожалению, практически весь батальон был парализован затянувшимся противоборством с лесом, и авангард кавалькады охотников оставался критично близок к опушке. Король со свитой запрятался за спину своего кузена, яростно обороняющего их от разошедшихся полуразумных магических растений. Рядом с Левиттом плечом к плечу бился замглавы СИБа и эмир, а по небу с другой стороны леса на помощь к ним неслось студенческое пополнение, которое некому было заметить и остановить…

Какой монстр поджидает магов на берегу? Кэсси никак не могла уловить его чувства, а шум сражения всё приближался. Показалось, или накал злости растений и азарт боя стали снижаться? Её соперница выдыхается, теряет силы? Неужели не рассчитала мощь своего дара?!

Тут в общем фоне эмоций флоры особенно сильно полыхнула ненависть к врагу — и дьявольские силки, неприметно засевшие в засаде, выхватили из общей массы одну фигуру. Острая боль, резанувшая по веткам силков, — и чьё-то тело грузно упало на песок, отброшенное разъярённым деревом. Дьявольские силки вмиг забыли про старую добычу и с гневом накинулись на свиту отброшенного.

«Эмир! — рассмотрела сквозь слёзы Кэсси. — Как говорится, что и следовало доказать. Так кто же поджидает его здесь? Тут лишь песок, под которым ничего нет… Чёрт, кто-то стремительно подплывает сюда по реке! Дьявол, я догадываюсь, кто! Нет, только не это!!!»

— Оттаскивайте эмира от реки!!! — завопила Кэсси, машинально кидаясь к поднимающемуся на ноги мужчине. — Длань Сатаны! Огонь! Палите огнём!!! Кипятите воду!!!

Из реки взвились вверх бордово-синие плети…

Кэсси сбило с ног и навалилось сверху тяжёлое тело командира гвардейского звена. Сквозь звон в ушах до неё донёсся пронзительный вопль «Папа!», какие-то ещё крики и вопли. Отвратительно завоняло палёным, с реки пахнуло горячим паром — и наступила тишина, более тревожная, чем горестный плач.

Противостояние целой армии никогда не обходится без жертв…

При знакомстве с некоторыми морскими обитателями начинаешь лучше понимать, отчего миллионы лет назад некоторые виды растений рискнули перебраться на сушу. Ибо изумрудные жала и саблезубые акулы — не единственные монстры мирового океана, в морях встречаются чудовища, аналогами которых не может похвалиться суша! Возможно, древнейшие растения и животные решились адаптироваться к неизведанным условиям суши, дабы сбежать от чудовищ, подобных Длани Сатаны?

Судя по всему, изначально Длань Сатаны являлась водорослью, имевшей склонность к «гнездовому паразитизму» — так выражаются орнитологи о птицах, подкидывающих свои яйца в чужие кладки. Длань Сатаны высеивала споры на проплывающие мимо подвижные формы растений и на соседей, неосторожно поселившихся рядом. То, что «детки» питаются «приёмным родителем», убивая его в процессе, водоросль не волновало — до тех пор, пока вся другая флора не исчезла с мест произрастания водорослей-паразитов. Пришлось им эволюционировать и тоже начать перемещаться — зоологи с ботаниками до сих пор ломали копья в спорах, кем же является Длань Сатаны: похожим на осьминога растением или животным, способным к фотосинтезу. Зоологи настаивали, что наличие растительных черт — атавизм, который в итоге исчезнет, а ботаники указывали на них, как на характерные видовые признаки. С учетом того, что убийца смогла управиться с монстром, ботаники были ближе к истине.