Книга Сезон продаж магических растений, страница 27 – Валентина Елисеева

— Говорят, ваши воины — самые хитрые, отважные охотники и на земле, и в горах, и на воде. Если вы поможете нам вскрыть махинации с воровством и нарушением прав собственности, согласны выплачивать вам третью часть сумм, поступивших в казну с вашей подачи, — сказал Мар, и эмир аж подскочил. Пришлось несколько охладить его восторг: — Разумеется, всем, кто согласится работать на империю, придётся принять гражданство Каруза с магической клятвой верноподданности, а также с дополнительной клятвой трудиться исключительно на благо империи. Вам это тоже выгодно: чем больше будет наше благо в денежном эквиваленте, тем выше будет ваша третья часть от него.

Повелитель гор поёрзал, повздыхал и напомнил:

— Мой народ приносит клятвы только членам моего рода.

— Наслышан о вашей дочери: умнице и невероятной красавице. Готовы на политический брачный союз, скрепивший бы наши договорённости — и уже обсуждавшиеся, и все будущие. Так королевский дом Каруза войдёт в ваш род и с клятвами проблем не будет.

Дочь у эмира была одна-единственная и горячо любимая всей семьёй, так что отдавать её в чужие равнодушные руки эмиру не хотелось. Одно дело женить брата на иностранной принцессе: мужчина — глава семьи, любую жену под себя перевоспитает, в крайнем случае дома запрёт, и будет жить припеваюче, а вот отдать в полную власть постороннего мужчины обожаемую дочурку — совсем другое.

— Я тоже наслышан… о нравах жителей равнин: король центрального королевства ни во что не ставит свою жену и открыто её унижает, — холодно прищурился эмир. — Ни за какие «блага» ни в каких эквивалентах я не обреку дочь на столь недостойную оскорбительную судьбу. Она выйдет замуж лишь по собственной воле, и это далеко не единственное условие.

Как и ожидалось, на предложение эмир не ответил категорическим отказом, а заговорил о критериях согласия. Отдавать любимую дочь за чужака ему откровенно не хотелось, однако видеть её одинокой не хотелось тем паче, а с местными женихами сватовство не слишком ладилось. Отважные молодые горцы откровенно побаивались принцессу и чуть ли не открыто толковали о её чересчур гордом и резком характере. Разведка СИБа уточняла, что кулака, меча и убойных заклинаний принцессы парни страшатся больше, чем характера.

Проблема эмира, конечно же, заключалась не в том, что женихи боятся его дочки, а в том, что ей это не нравится.

— Согласны рассмотреть все ваши условия брачного союза, — миролюбиво улыбнулся Мар.

На него глянули настороженно, но согласно кивнули:

— Это меняет дело.

Супруга эмира тоже прищурилась настороженно, но тоже кивнула. Ей ничуть не меньше мужа хотелось удачно сосватать любимую дочь.

Разговор с кузеном, по совместительству — правителем Каруза, проходил в более непринуждённой приятельской обстановке.

— Я нашёл жену для твоего младшего сына, — объявил Мар. — Она из страны горцев.

— На кой ты её искал, да ещё в горах? — поразился король. — Сын слишком молод для брака, а кроме того, у нас в империи высокородных дам предостаточно, к чему нам чужестранка?

— За ней дают огромное приданное, а в купе с ним — весьма выгодное торговое соглашение, включающее обязательство выловить всех контрабандистов Тёплого моря и накрепко прижать хвост королю Дарта. У девушки горячая кровь, крутой нрав — всё, что ты мечтал увидеть в невестке. Кроме того, она — единственная дочь эмира и принцесса Эмирата.