Книга Дело скандальных ведьм, страница 113 – Валентина Елисеева

— Что произошло с твоим клиентом?

Ура! Есть контакт!

Когда-то она сама смогла выползти из пещеры, в которую запряталась, движимая лишь чувством долга перед невинно оклеветанным мужчиной, которого обещала защищать в суде. Не смогла предать доверившегося ей человека, не смогла замарать честь своей профессии. Муж Кэтрин не шутил, говоря, что работа для неё – важная часть жизни. А во время шторма, когда рушится всё вокруг, человек невольно опирается на то, что осталось незыблемым в бушующем море лиходейки-судьбы.

— У парня урну с прахом покойного отца украли, – поведала Вэл. – Как считаешь, у него имеется повод всерьёз занервничать?

— Повод имеется, – кивнув, нахмурилась некромант, – ты же помнишь, как прах матери обернули против Брин Стоун? Правда, все способы повлиять на живого человека через останки кровного родственника предполагают проведение крайне сложных, магоёмких и запрещённых законом ритуалов, так что вероятнее другое. Скорее всего, отец парня задержался в посмертном существовании, и некто прознал об этом и желает призвать и допросить его дух. Что рассказывает сам клиент? Надо бы побольше разузнать о прошлом его отца – возможно, тот хранил интересующие кого-то тайны?

— Вот и расспросишь – клиент придёт через полчаса. Представлю тебя, как мою личную помощницу, сможешь вставлять свои вопросы в разговор.

Оживившись, заинтригованная Кэтрин кивнула, пригладила всклоченные волосы и поморщилась.

— Где у вас раковина с водой? Желательно – без зеркала, – проворчала она.

— В общей комнате отдыха персонала бизнес-центра есть даже душевые, а у меня имеется новое, не распакованное бельё, свежие рубашки и брюки. Мы с тобой примерно одинаковой комплекции, так что выбирай наряд на свой вкус, – щедро предложила Вэл, доставая с полки шампунь и полотенце.

Второй и последний посетитель этого дня оказался высоким худым мужчиной лет тридцати. Открытое, добродушное лицо в чём-то роднило его с Тони. Поздоровавшись с адвокатом и её «личной помощницей», он отказался от кофе и сразу перешёл к делу:

— Полагаю, вы в недоумении, почему по поводу простого воровства я обратился в адвокатскую контору, а не в полицию.

— Полагаю, у вас имелись на то причины, – в тон клиенту ответила Вэл.

— Как раз этот момент мне и хотелось бы вначале уточнить у юриста. Кажется, в Атланте запрещено развеивать прах усопших в пределах городской черты?

— Совершенно верно, соответствующее постановление было принято городскими властями в 2075 году после того, как в моду вошла манера вытряхивать урны с прахом в парках развлечений, и зачастую пепел рассеивали с каруселей и колеса обозрения на головы отдыхающих. С тех пор церемонии развеивания праха разрешено проводить только за пределами большой кольцевой дороги.

— Я намеревался рассыпать его с высоты моста Джексон-стрит.

— Вас бы арестовали за хулиганство.

— Вот и дядя мне то же вчера сказал, когда мы поминали отца в кафе при крематории! «Генри, ты рискуешь загреметь в участок!» – предостерёг он меня. Если бы я раньше знал о таком запрете, то попросил бы отца подумать над своим решением, но в фильмах постоянно показывают, как развеивают прах то над рекой, то над городом – я не думал, что с этим возникнут проблемы! Отец у меня был прекрасной души человеком. Я его очень любил, хоть отдавал себе отчёт, что папа у меня... со странностями, и согласился исполнить его пожелание, когда в последние минуты его жизни держал его за руку в больнице. Таким образом, несмотря на предупреждение дяди, я не мог не исполнить последнюю волю отца и поехал к мосту.