Книга Мой прекрасный директор, страница 104 – Валентина Елисеева

— Увы, ни один наш маячок на ее машине сигналов не подает. Мобильный телефон тоже отследить не удается. Вы пытались поговорить с контрразведкой?

— Легче разговорить каменного сфинкса, чем нашу контрразведку, сам знаешь. Все в одной государственной организации служим, а ведем себя порой, как конкурирующие бизнесмены. Границу Российской Федерации Василиса Горенко пока не пересекала, и то радует. Если попробует прямо явиться на таможню – ее задержат, официальный сигнал всем постам уже дан, контрразведка не пробовала его отменить. В сухом остатке: Василису ищем сами – надо как следует поговорить с этой девчонкой.

— Делаем все возможное. И еще раз повторю: на Василису бесполезно давить силой, она из тех натур, кто во время Великой Отечественной Войны шел на виселицу и костер не сказав ни слова палачам гестапо. А вот другу, партнеру, наставнику она все расскажет сама, с радостью и добровольно, еще и совета попросит.

— Что-то пока не рассказала.

— Вариант, что список действительно пропал без ее ведома, тоже отметать нельзя.

— Одни предположения, никакой конкретики, а времени у нас все меньше и меньше, – проворчал старший из мужчин.

Первым чувством Василисы при пробуждении было удивление: почему не зазвонил будильник на телефоне? Потом опасение: не опоздала ли она на работу? В окно был виден ясный день!

У кровати басовито заурчали. Василиса отвернулась от окна и узрела гигантского котика, слопавшего вчера пяток ее сосисок.

— Разве ты вчера не ушел? – наморщила лоб Василиса. – Или я дверь на ночь не закрыла? Ой, а что я вечером делала-то?! Последнее, что помню – в лес собиралась, пакет искала, а потом – провал в воспоминаниях.

«Новое проявление болезни?! – забеспокоилась Василиса. – Очень неудобное проявление, как же мне с людьми общаться и работать, если я по полдня забывать буду?! Тут и пилюли Игнатова знакомца не помогут – только стационарное лечение. Сразу ехать в психбольницу с чистосердечным признанием или еще понадеяться на лучшее? В лес-то я так и не дошла… или дошла, но не помню?!»

В полном смятении чувств и мыслей Василиса спустила ноги с кровати. Кстати, как она расстилала постель и переодевалась в ночнушку, она тоже не помнила. Глянула в зеркало: лицо чистое, умытое, отдохнувшее, волосы расчесаны, только… Василиса принюхалась… странно пахнут, вроде как болотной тиной. На стуле аккуратно повешена ее вчерашняя одежда, в которую она переоделась, намереваясь идти в лес, – удивительно чистая и выглаженная одежда, словно после стирки не надевалась ни разу, хоть она несколько раз в ней по деревне уже ходила. И почему на стуле оставлена? Василиса привыкла стопочкой на полку шкафа одежду складывать или на плечики вешать, а не раскладывать среди комнаты на стульях.

Пока Василиса задумчиво одевалась в костюм, собираясь в школу, кот куда-то ускакал. Ну, он же гуляет сам по себе. А вот при выходе в первую половину дома на кухне обнаружился сюрприз: на накрытом скатертью столе красовался завтрак-мечта: каши трех видов, омлет и фаршированные яйца, овощная нарезка и холодная буженина, булочки сладкие и соленые, с начинками и без, творог, сметана и молоко в большой кружке. Накормить тут можно было всех молодых специалистов области. Похоже, деревенские старожилы окончательно записали ее в безрукие девицы, неспособные к малейшей самостоятельности. И еще похоже, что дверь вечером она в самом деле не закрыла на щеколду.