Книга Замуж за предателя, страница 68 – Наталия Журавликова

Пахло горелым, а на полу валялись разбитые яйца.

— Я пытался приготовить завтрак, — растерянно улыбнулся Хью, — но знаешь ли, оказывается, я ничего не умею. Не приучен. А прислугу отпустил. Ну, чтобы тебя никто тут не увидел.

— Давай, помогу, — вздохнула я.

Накануне поесть нормально у меня ни разу не вышло, я чувствовала голод.

— А ты умеешь? — удивился он.

— В академии магии мы с девочками частенько сами себе готовили.

Хьюго посмотрел на меня с уважением.

— Все-таки вы, девочки, существа иного мира! — сказал он.

Из продуктов, которые не успел испортить мой похититель, я сумела соорудить завтрак. Обычный омлет с овощами и кусочками вырезки, посыпанный тертым сыром.

Пахло так аппетитно, что на время я забыла о своих переживаниях.

Но за едой они напомнили о себе.

На моей тарелке оставалось еще около половины блюда, когда в глазах резко потемнело.

Руки и ноги похолодели а в груди появилась тяжесть. Я почувствовала смертельный страх. Мне казалось, прямо сейчас, на месте, я умру!

— Что с тобой, Зелла?

Хьюго, который уже подтирал кусочком хлеба пустую тарелку, уставился на меня.

— Эй, ты в порядке?

Он подскочил, приложил руку к моему лбу.

— Ты вся горишь!

Как странно. Конечности мои ледяные, а лоб пышет жаром.

— Кажется, ты собирался мне помочь, Хьюго, — сказала я слабым голосом, — так самое время этим заняться.

Сказав это, я почувствовала себя совсем уж скверно.

— Зелла! Зелла! Открой глаза!

Крики Хью доносились до меня будто бы сквозь пелену.

В голове шумело, в глазах виднелись всполохи.

В сердце билось одно лишь имя: Лаэрт! Лаэрт! Лаэрт!

Тук-тук-тук.

Черная мгла поглотила меня. Я провалилась в нее, не чуя рук и ног.

* * *

Лаэрт Телеро

— Ты — позор для академии магии! Вот что значит доверить чистые знания иностранцу!

Ажеборн Ботлер бушевал.

Он кричал на своего некогда любимого студента, размахивая кулаками. И попадись Лаэрт под один из них, наверняка получил бы увечье.

— Как можно было использовать это прекрасное древнее заклинание, которое разрабатывалось воинами-магами для защиты оплотов, чтобы покорить женщину?

Профессор в бешенстве уставился на Лаэрта.

— Я виноват, мастер, — склонил тот повинную голову.

— И это все, что ты можешь сказать?

Ажеборн Ботлер прокричал свой вопрос так, что сорвал горло и закашлялся. А потом хрипло продолжил:

— Ты хоть изучил теорию, прежде чем месить жизненное поле девушки, разрывать в нем связи и вмешиваться в вибрации?

— Конечно, я изучал все, что связано с теми заклинаниями, что я помню наизусть, — с готовностью ответил Лаэрт

— И что? Тебя не остановило, что это боевая магия?

Ботлер пристально посмотрел на бывшего ученика, затем продолжил медленно:

— А более всего, ограниченное действие заклинания и промежуток, в который жертва может оставаться живой.

Лицо Лаэрта исказилось.

— Что? Как понять — оставаться живой?

— Ага, — Ботлер потер кончик носа. Даже странно, что ладонь об него не порезал.

— Значит, не все ты знаешь об этом заклятье. Ну, тогда ты просто нерадивый дурак, а не злодей-душегуб. Хотя твоей несчастной жене от того не легче.

Лаэрт растерянно хлопал ресницами.

— Разве не заметил ты, остолоп, как она тает день ото дня, отдавая свои силы тебе? Так, быстро считай, когда наложил чары!

Ажеборн Ботлер схватил со стола первый попавшийся чистый лист и пододвинул к Лаэрту чернильницу.