Книга Доктор-попаданка. Подняться с низов, страница 116 – Анна Кривенко

Попыталась попасть в его лабораторию, но ключ, который я до сих пор носила в своём потайном кармане, уже не подходил. Замки сменили. Я приуныла окончательно, ощущая свою жизнь какой-то бесполезной. Привыкла быть активной, создавать что-то новое. Хотелось делать хоть что-то полезное, пока есть время.

Именно поэтому вечером третьего дня я вернулась в свою комнату в весьма унылом настроении. И вдруг послышался стук в дверь. Василиса встрепенулась, открыла её — и замерла, с восторгом разглядывая Романа Михайловича.

Одет он был просто шикарно: камзол с золотыми пуговицами, белоснежная рубашка с высоким воротником, начищенные сапоги и штаны в обтяжку, подчёркивающие его крепкие, сильные ноги.

Я уставилась на него в немом изумлении.

— Аннушка, — произнёс он чрезвычайно мягко, чем меня глубоко шокировал, — я приглашаю тебя сегодня на совместный ужин. Собирайся, буду ждать тебя внизу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Улыбнувшись ещё шире, он развернулся и ушёл. А у меня просто отпала челюсть.

Василиса, как только прикрыла дверь, заверещала от радости, будто на ужин пригласили нас двоих.

— Как здорово! — Она начала прыгать, словно ребёнок, хлопая в ладоши. — Как романтично! Я сама видела своими глазами! Да вся женская половина комплекса умрёт от зависти — ведь я была невольным свидетелем такой сцены!

Я её почти не слушала. Что на Романа Михайловича нашло? «Аннушка»? Ужин? Он что, собирается отыгрывать свою роль до конца? Но зачем? Или ему это действительно нужно?

Сердце предательски ёкнуло, но я тут же болезненно ущипнула себя за ногу.

— О чём ты думаешь, Анна Александровна? — прошептала раздраженно самой себе. — Не дури. Вся эта романтическая муть не для тебя. Очнись!!! Он княжич, самый настоящий принц из сказки. А принцы на золушках не женятся.

Да и золушка — это совсем не тот персонаж, которым я хотела бы быть…

Я надела обычное платье. Конечно, оно могло считаться нарядным для девицы моего круга, но на аристократку не тянуло. Однако, ввиду отсутствия чего-то другого, под тёплый старенький плащ с капюшоном я надела именно его.

Когда вышла во двор, пряча руки в меховую муфту, Роман Михайлович слегка нахмурился. Карета, ожидавшая нас, стояла поодаль. Он шагнул ко мне и осторожно уточнил:

— А у вас нет плаща потеплее? Кажется, погода нынче уже не та.

Я хмыкнула.

— Во-первых, — произнесла я, — как удивительно вы играете словами. Только что называли меня на «ты», теперь снова на «вы». Уж определитесь…

Роман Михайлович слегка смутился.

— Простите, Анна. Я играю роль вашего жениха перед окружающими, поэтому смею называть вас на «ты»… в определенных моментах. Если вас это удручает, мы можем оставить более официальную форму обращения.

— Мне, в общем-то, всё равно, — прервала я его. — На «ты» так на «ты», на «вы» так на «вы». Делайте, как вам угодно.

— Хорошо, — Роман Михайлович склонил голову.

А я почувствовала очередной всплеск досады. Какой официальный и отстранённый! Хотя это отличное напоминание о том, что всё между нами не настоящее.

— Давайте останемся друг для друга на «вы», — вдруг решила я, ощущая, что так расстояние между нами будет достаточно далёким.

— Хорошо, — согласился Роман Михайлович. — Однако вернёмся к вашему одеянию. Мне кажется, вы одеты очень не по погоде, и это промах с вашей стороны…