Книга Антисваха против василиска, страница 235 – Валентина Елисеева

— Артель ювелиров Эзмера ночи не спала, мастерила шедевр по срочному заказу, — прошептала Аня на ухо ошеломлённому Ригорину, пока оглушительный победный рёв тысяч глоток возносил славу новоявленному королю.

— Вы меня круто подставили! — очнулся Ригорин, коронованный на поле боя совершенно неожиданно для себя. — Я считал, что править будете вы!!!

— А оно нам надо? — лениво протянул Имран, укладывая свой длинный хвост вокруг ног Ригорина в знак верного сотрудничества нового короля людей с древним царём змеиного рода. — Ты не отвлекайся, друг, воины скоро перестанут рвать глотки и тебе придётся сказать речь. С основными тезисами помочь?

Новый король Дистинии ответил василиску длинной тирадой, которую ни один редактор не позволил бы напечатать в своей газете. Однако в установившейся в итоге тишине речь ему сказать пришлось: о благодарности соратникам и о светлом будущем, что ожидает страну.

Поздней ночью Ригорин с отвращением осмотрелся в своих новых покоях в королевском дворце. Хорошо, что дед с воспитанниками изволил прибыть в столицу и немного помочь с чисто придворными делами, пока они с Имраном двое суток расформировывали войска и спешно наводили в стране подобие порядка. Увы, настоящий порядок установится нескоро и работы по всем направлениям — непочатый край.

— Не вздыхай так тяжко, а то я чувствую себя виноватой, — вошла в личную гостиную короля Аня. — Я поесть принесла.

Она поставила на стол поднос с разносолами. Ригорин сглотнул (весь день у него маковой росинки во рту не было) и проворчал:

— Задобрить хочешь? Не выйдет: я страшно на вас зол! Как продуманно вы меня выманили на бой вместо себя, ловко сыграли на чувствах, как по нотам сцену разыграли!

— Ничего, через сто лет и ты так научишься, — успокоил Имран, водружая на стол вино и бокалы.

— Я не змей и не проживу ещё сто лет.

— Верно, так что обучайся хитрым стратегиям быстрее.

— Я уж думал, после твоих откровений перед последней битвой меня ничем не удивишь, но сильно ошибался! Когда имеешь дело с метаморфами, нет предела удивленью. Я сразу почувствовал, что тебя с антисвахой связывает что-то очень-очень важное, не имеющее отношения ни к каким глупостями вроде фривольных связей и денежного содержания, но предположить не мог, что вы — парочка василисков! И ведь заподозрил как-то, что ты — метаморф, но потом не сопоставил твою вскрывшуюся способность к гипнозу с отличным знанием нюансов жизни Дьявола Дайма!

— О да, о его встречах с тобой я расспрашивал особенно тщательно: я-то сразу позиционировал тебя как самого проницательного из всех знакомых выбранного мною прототипа.

— Лестью меня тоже не задобришь, — отмахнулся Ригорин, но от тарелки с картошечкой и отбивной, протянутой Аней, не отказался, и бокал с вином пригубил. — Давай переиграем и официально коронуем тебя, Имрана Дайма, а?

— Не выйдет, — с хитрющей ухмылкой покачал головой Имран. — Прежнего правителя кто победил? Ты! Василиски кого королём прилюдно признали? Тебя! И, в конце концов, у кого безупречная репутация справедливого и честного праведника? У тебя!

Ригорин еле удержался от того, чтоб стукнуть чем-нибудь тяжёлым язвительного метаморфа:

— Отлично устроился, друг: себе забрал лучшую в мире женщину и свободу, а мне всучил чёртову корону и кучу обязанностей!