Книга Истина, страница 355 – Ана Эм

Вал принимается мерить шагами пространство, а Сиена вдруг поднимается на ноги и отходит к одной из ячеек у стены. Там достает какой-то предмет и оборачивается.

— Я уже какое-то время ждала вас.

Поднимаюсь на ноги, когда Сиена подходит ко мне с небольшой записной книжкой в руках.

— Шесть лет назад, Мирая прежде чем отправиться в глушь, дала мне четкие инструкции.

Валери подходит к нами ближе:

— Ты тоже участвовала в восстании.

— Лишь косвенно. – качает головой Сиена. – Мое положение обязывало быть крайне осторожной, так что о моем участии знала только Мирая. Но ни она, ни я не могли даже подумать о том, что Феста была способна предать собственную сестру. Дэви доверила бы ей даже собственную жизнь, но в итоге ее казнили вместе с Селией.

Америда и Феста стали причиной смерти своих сестер. Отвратительно.

— Я не знала, что именно случилось с Мираей, но догадалась о том, что что-то плохое, когда она не вернулась в Эларис. Ни через год, ни через пять. Думаю, она каким-то образом знала, что та наша встреча станет последней. – Сиена протягивает мне книжку, которая оказывается чем-то вроде личного дневника в кожаной обложке. – Она сказала передать это вам, как только вы появитесь. Валери с зелеными, как у ее отца, глазами и огненным сердцем. Камилла с доброй душой и мягким взглядом. И Эвива, моя маленькая копия.

Я сглатываю ком в горле и прижимаю к груди дневник.

— Следуйте по этому проходу. – она указывает на тропинку слева от нас. – Древо приведет вас к тем ответам, за которыми вы пришли. Как будете готовы, найдите меня.

С этими словами она разворачивается и уходит. Мое сердце так бешено колотится, что я едва слышу Вал, которая спрашивает:

— Стоит ли нам ее слушать? – ее голос бесцветный, а на лице не единой эмоции. Она будто снова превратилась в бездушного солдата, которому необходимо исполнить свой долг. Ее способности брать себя в руки можно только позавидовать.

— Если бы она хотела нам навредить, уже бы это сделала. – бросаю в ответ и тут же ступаю на указанную советницей тропинку. Валери молча следует за мной.

Как только проходим под аркой, впереди показывается пустой туннель со слабыми огоньками под потолком. Мы идем в тишине, сворачивая то в одну сторону, то в другую. Я стараюсь не думать обо всем, что только услышала. Стараюсь выбросить из головы любые мысли Миревии, о войне и Триаде. Только о ней. Я думаю только о маме.

О том, что знаю ее. Знаю, что ей нравились тосты с клубничным джемом. Знаю, что она часто читала папе вслух по вечерам возле камина. Знаю, что она любила наряжаться, но никогда не носила сережки. Знаю тот вид боя, который она предпочитала. И знаю, что она любила нас. Я говорю себе, что только это имеет значение. Только это по-настоящему важно. Однако когда мы спустя несколько минут оказываемся у винтовой лестницы, ведущей наверх, я начинаю сомневаться. Сомневаться во всем.

В абсолютной тишине мы преодолеваем, кажется, этажей десять, прежде останавливаемся у двери, которая начинает формироваться словно из ниоткуда.

Я хватаюсь за ручку, но не поворачиваю ее.

— Мне страшно. – шепчу, не оборачиваясь к сестре.

Она кладет руку на мое плечо и слегка сжимает его в знак поддержки.

— Ты не одна.

Я не одна.

Со мной Валери, и мне не нужно проходить через, чтобы там ни ждало по ту сторону, в одиночку. Я не одна. Больше нет. В одиночестве я пережила смерть мамы, пережила уход сестер, и даже потерю отца. Но теперь все изменилось…