Книга Истина, страница 356 – Ана Эм

Я проворачиваю дверную ручку и толкаю дверь, которая со скрипом отворяется. Мы оказываемся в пыльном, затхлом помещении.

Валери зажигает магические огни под потолком, и все пространство заливает теплым светом. Мое тело застывает на месте от увиденного.

Это дом. Мы внутри небольшого дома.

Слева огромные широкие окна, открывающие вид на яркие огни шумного Элариса. В самом центре перед широким стеллажом со множеством книг находится мягкий диванчик, некогда зеленого цвета, а перед ним небольшой столик и еще пара кресел напротив. Справа поросшая плющом угловая кухня, винтовая лестница на второй этаж и обеденный круглый стол. Именно он и привлекает мое внимание, а точнее портрет над ним, что висит на стене.

Прохожу в центр комнаты и силой мысли убираю в стороны сорняки, которые скрывают лица тех, кто изображен на картине.

По щеке тут же скользит слеза.

Моя маленькая копия.

На картине изображена маленькая девочка лет десяти с темными густыми волосами и глазами насыщенной синевы. А рядом с ней молодая женщина с теми же чертами лица, вот только от ее светлой кожи исходит фейское свечение.

— Это… – слышу голос Валери за спиной.

— Мама. С бабушкой, которую мы никогда не знали.

Этот дом. Мама родилась здесь и выросла. В Эларисе.

Отнимаю дневник от груди и дрожащими руками открываю на первой странице.

Любимые мои девочки…

Снова захлопываю дневник. Колени подгибаются, и я оседаю на пол, покрытый мхом и листвой. Из горла вырывается всхлип. Я не могу. Не могу. Не могу.

Слезы застилают глаза, и у меня больше не выходит их сдерживать. Я сказала себе, что позволю скорбеть по-настоящему только, когда узнаю правду о ее смерти. Но я не хочу знать. Не хочу узнавать маму, потому что не думаю, что снова справлюсь с ее потерей.

Валери опускается на пол рядом со мной и притягивает меня к себе, крепко обнимая. Я хватаюсь за нее, не в силах остановить этот поток слез. Мне не хватает воздуха.

— Все было ложью. – всхлипываю. – Все.

— Не правда. Ты знаешь, что это не правда.

Я качаю головой, а затем вдруг чувствую легкое, как перышко касание к своей щеке, и отстраняюсь от Вал.

Камилла в своей астральной проекции сидит рядом с нами. Валери позвала ее.

— Ты надрала им зад? – вытираю слезы тыльной стороной ладони.

— Конечно. – улыбается она печальной улыбкой. – А ты разве сомневалась?

— Нет. – качаю головой. – В тебе никогда.

Ками опускает взгляд к дневнику на полу.

— Вместе? – спрашивает она, и я смотрю сначала на нее, затем на Вал.

— Вместе.

Сделав глубокий вдох, снова открываю дневник и начинаю читать вслух:

— Любимые мои девочки…

Знаю, что если вы получили этот дневник, значит, скорей всего меня уже нет с вами. И в этом нет ничьей вины, кроме моей собственной.

Я прошу у вас за это прощения. За то, что оставила, когда вы только только начали вставать на путь, предначертанный звездами.

Оглядываясь назад, человек обычно присматривается ко всему, что сделал не так, но я знаю, что каждый мой поступок, каждое решение и моя жизнь в целом имела смысл только потому что в ней были вы. Мои дочери.

Я не могу быть уверенной в том, что случится завтра. Так много всего может пойти не так, и поэтому я решила оставить своего рода послание вам на случай, если возможности рассказать лично не предоставиться.