Книга Дети Хедина, страница 187 – Ник Перумов, Аркадий Шушпанов, Наталья Колесова, и др.

Спускаясь по ступеням, он заметил, что лошадь уже увели в конюшню, но второй Серый брат ждал его, чтобы вернуть оружие. Это было хорошо, без привычной тяжести стали на поясе Ройне чувствовал себя почти голым. Даже здесь, среди братьев.

— Спасибо, брат, – сказал он, сходя с последней ступеньки и протягивая руку за мечом.

— Рад быть полезным тебе снова, – неожиданно знакомым голосом отозвался Серый брат и поднял голову.

Ройне тут же забыл про оружие. С радостным возгласом он крепко прижал к себе Нейго, своего наставника в боевых искусствах, лучшего из тех, что у него были в Обители.

— Ты стал еще выше.

Нейго отодвинул его от себя, чтобы получше рассмотреть. Сам он был невысокого роста, и в последний год обучения Ройне, сильно вытянувшегося, это несколько смущало. Смутило и теперь.

— А ты стал братом-охранником? – удивился он.

— Нет, – Нейго засмеялся. – Я отпустил братьев поухаживать за твоей лошадью и решил, что не будет ничего плохого в том, что ты снова получишь оружие из моих рук.

— Это совсем неплохо! – воскликнул Ройне. Именно из рук брата Нейго он когда-то получил свой первый в жизни клинок с черненой рукоятью. И застегивая сейчас пояс, и заправляя за голенище кинжал под внимательным взглядом Нейго, он снова чувствовал себя мальчишкой.

— Вот они и вернулись, – Нейго оглянулся на шедших к ним двух Серых братьев. – Оставим их и дальше охранять покой Матери, пойдем выпьем по кружке эля, пока есть время до заката. Если у тебя, конечно, нет других планов, – добавил он, видимо, в ответ на недоуменный взгляд Ройне.

«Он уже знает? Как же быстро здесь разносятся слухи…»

— Я для того и пришел, чтобы вдоволь пообщаться со своими братьями, – сказал Ройне вслух. – Для моих старых друзей у меня всегда есть время.

— Но скоро не будет друзей, – тихо заметил Нейго.

Они прошли две узкие кривые улочки и поднялись по черной лестнице в комнаты, которые – до сих пор – занимал Нейго. Окна и главный вход выходили на главный тренировочный двор, но Ройне, сколько себя помнил, всегда прибегал к Серому брату именно через черный ход, как и большинство других мальчишек. Нейго всегда был любимцем Младших братьев, веселый, легкий в общении и обладающий талантом понятно объяснять, таким важным для любого наставника. Говорили, что он, еще будучи учеником, снискал славу хорошего учителя для малышей, потому ему сразу и выдали серый плащ, несмотря на то, что по своим заслугам и собственному желанию он претендовал на черный. И до сих пор он оставался лучшим наставником в Обители.

— Мастером-наставником, – уточнил Нейго. – Год назад старый Месвер совсем сдал и ушел в Белые братья. Меня избрали на его место.

— Ты-то не скоро в Белые уйдешь, – сказал Ройне, отхлебывая замечательного эля, запасы которого Нейго всегда держал под рукой. Здесь когда-то он в первый раз отведал этот напиток. И тогда усердно делал вид, что ему понравилось, хотя больше всего хотелось выплюнуть эту гадость. Когда ж это было? Лет семь, восемь назад? Вкусы у него сильно переменились.

— Прости, что не припас закуску получше, – сказал Нейго, ставя перед ним на стол половину зажаренной куропатки с тушеными овощами.

— Куда ж лучше! – не сдержал возгласа Ройне и отказываться от угощения не стал. После двух дней в пути есть хотелось сильно. – Приятно, когда тебя так встречают после долгой разлуки.