Онлайн книга «Дети Хедина»
|
Но только чего-то им не хватает, самой малости не хватает для того, чтобы стать венцом развития хомо сапиенс… Кирилл повел лодку в обход острова. Он видел, что Мира уже близко к белой оторочке пены. Ее голова то появлялась на поверхности, крошечная, как бусинка на покрывале, то надолго исчезала, то вновь выныривала, и вокруг нее выписывал круги счастливый Шарп. Его резкие крики были слышны издалека даже сквозь гул мотора и шум волн. Потом Кирилл на минуту отвлекся, всматриваясь в проплывающие мимо скалы – вдруг барельефы видны уже отсюда? Хотя вряд ли… Мира между тем выбралась из моря – когда успела, как преодолела прибой? Она влезла на мокрые округлые камни, между которыми кипели волны, воздела руки вверх и, кажется, запела, забыв обо всем на свете. Афродита, только что родившаяся из пены морской… Как же она все-таки красива! Совершенна, как солнце, как море, как сменяющиеся дни, как сухой, пропитанный временем воздух этих мест. Кирилл едва не забыл о барельефах, глядя, как темная фигурка прыгает с камня на камень. Вот она карабкается на скалу – обнаженная, босая, высохшие волосы треплет ветер… Атлантис. Иная раса, дети человеческой мечты. Может, они действительно такие, какими должны быть существа золотого века, но они точно уже не люди. Едва лодка обогнула скальный выступ, как показалась бухточка, ради которой они приплыли сюда. Вмятина на окаменевшем одеяле, заполненная спокойной, зеленой, как бутылочное стекло, водой. По поверхности плавали клочья пены – привет от прибоя. Вот войти бы еще туда, не распороть днище… Кирилл предпочел довериться автопилоту, а сам с волнением вглядывался в проплывающие мимо скалы. Он был уже близко – к чему? К разгадке тайны Атлантиды? Или, напротив, к новой загадке? По тем фотографиям, которые Портер выложил в Сеть, трудно судить, что это: древние произведения искусства или отголосок новейшего времени, шутка художника человеческой эпохи? Портер обследовал остров небрежно, мимоходом, да и найденным барельефам значения не придал. Кирилл случайно наткнулся на фотографии на геологическом форуме: «Смотрите, какие на адгезитовой плите обнаружились рисунки!» Рисунки, черт побери! Портер был дилетант и в истории, и в геологии. Обычный человек, которому в нынешнем атлантисовом мире нечем заняться, вот он и ползает по камням. А Кир – историк. Настоящий. Точнее, был историком, когда эта профессия еще что-то значила. И опять перед его внутренним взором встали образы с размытых фотографий геолога-дилетанта. Дельфины… Веселые, лобастые дельфины, искусно вырезанные в сером камне. Плывущие, танцующие, преследующие косяки рыб. Волнующиеся водоросли, морские звезды, раковины… А рядом с дельфинами – как родители рядом с малыми детьми – странные существа, изображения которых Кирилл не помнил ни в одной древней традиции. Полулюди-полурыбы, с выпуклыми глазами, короткими, не приспособленными ни для хорошего плавания, ни для ходьбы конечностями. Такими могли бы быть дельфины до того, как ушли с суши обратно в море… Какие-то мелкие божества? Духи морской стихии? Исчезнувшие атланты? Откуда ему знать? Да и вряд ли на острове найдется что-то, что прояснило бы происхождение барельефов. Но Кирилла, вопреки здравому смыслу, все-таки тянуло на этот одинокий островок. |