Книга Дети Хедина, страница 88 – Ник Перумов, Аркадий Шушпанов, Наталья Колесова, и др.

— Ян, где ты? – услышал я голос Матиаша.

— У лавки Марьяны.

— Иди к Пороховой башне, мы подберем тебя.

— Но я назначил встречу – мне надо дождаться Марьяну, – возразил я, озираясь вокруг.

— У нас появилось более срочное дело. Выбирайся оттуда, мы будем через пять минут.

Я выругался, набрал номер Марьяны и получил голосовое сообщение, что абонент недоступен. Я выругался еще раз и поспешил прочь. Оставив позади пешеходные улочки, я вышел к дороге и увидел, что черный микроавтобус уже ждет. Матиаш распахнул дверь, и я скользнул внутрь. В салоне находился Штэпан, а за рулем сидел Карл.

— Что за срочность? – спросил я.

— В нашем правительстве кое-какие перестановки. Одного из министров, который в том числе был в курсе нашей деятельности, отправили в отставку по состоянию здоровья. Именно поэтому он не смог передать дела своему преемнику.

Матиаш раскрыл папку, перебирая несколько нервно какие-то документы.

— И этот преемник меня беспокоит. Молодой сноб, которой преклоняется перед заокеанской политикой.

— Наши новенькие тут не причастны? – спросил Штэпан хмуро.

— Трудно сказать. – Матиаш выудил из бумаг какой-то конверт. – Но, возможно, их направили к нам, зная, кого назначат вместо Войтича.

Он протянул мне фотографию.

— Это Ондрей Сденек. Что думаешь?

Я оглядел фотографию.

— Упертый, правильность своих решений никогда не ставит под сомнения, соответственно самолюбив, не терпит инакомыслящих, борзый, может подавлять окружающих, его мало волнуют чужие проблемы – только свои. Занимается спортом, но… вместе с тем много курит, так что рискует через года два подхватить легочную болезнь. Хотя… – Я сделал паузу. – Увлекается экстремальными гонками и вполне способен свернуть себе шею. Привязанностей особых ни к кому не испытывает, уважения тоже. Пока – все.

— Просто чудесный список. – Матиаш забрал у меня фотографию и убрал обратно в папку.

— А что, Войтич уже давно нездоров? – спросил Штэпан.

— Он всегда два раза в год ложился на профилактическое лечение, но я не думал, что у него серьезные проблемы. Знал бы, мы, возможно, смогли бы это предотвратить. Странно, что он не обратился к нам.

— А мое присутствие для чего? – спросил я. – Побыть в качестве наглядного пособия, чтобы вас не приняли за умалишенных?

— И для этого тоже, – кивнул Матиаш. – Новый министр уверен, что мы что-то вроде элитного спецназа, и в первый же день своего пребывания на посту прислал нам приказ разобраться кое с кем…

Я уставился на него.

— С людьми?

— С людьми, Ян, с людьми.

— Мне эта затея не нравится.

— А мне не нравится, что у нас в городе осела какая-то террористическая организация.

— А это не заокеанская паранойя?

— Боюсь, нам придется выяснять это самим.

Автомобиль пересек мост через Влтаву и углубился в промышленные районы. Встречались мы на окраине города, в каком-то правительственном учреждении. Карл остался в машине, а мы трое поднялись на второй этаж в сопровождении военных и зашли в просторный кабинет. Сидевший за столом человек, которого я уже видел на фотографии, посмотрел на нас с некоторым недоумением. Конечно, и Матиаш, и Штэпан были в отличной физической форме, но обоим уже перевалило за пятьдесят. А у меня было далекое от боевика телосложение. Тем не менее он поприветствовал нас и указал на кресла.