Книга Испытание прошлым, страница 73 – Оксана Ласовская

Пока Миша стоял в очереди в регистратуру, разговаривая с полной женщиной в застиранном халате, мы с Андреем топтались у противоположной стены. Он был бледен как полотно и смотрел вокруг затравленным взглядом. Я нащупала его руку и крепко сжала. К моему удивлению, Андрей ответил тем же - он доверчиво вцепился в мою ладонь и больше не отпускал. Я кожей чувствовала его страх и до боли жалела, что не могу забрать его себе.

В тот день у Андрея взяли все необходимые анализы и велели ждать результатов почти две недели. Сказать «ждать» - легко. Но делать было нечего, и мы молча покинули больницу.

Но всему приходит конец - эти две тягостные недели тоже истекли. И вот мы снова втроём в том же больничном коридоре…

Возле нужного кабинета сидело человек девять. Я окинула взглядом худющих, но тепло одетых, несмотря на летнюю жару, людей, и содрогнулась. Посещение этого места было для меня непереносимой травмой. Миша отошёл к окну. Я велела Андрею занять очередь и подошла к мужу.

— Зачем ты так? - тихо спросила я.

— О чём ты? - Миша обернулся и хмуро взглянул на меня.

— О твоём поведении! Почему ты постоянно психуешь?

— Почему? - он сузил глаза. - Саш, попробуй встать на моё место! У моего сына смертельная болезнь - я что, по-твоему, должен улыбаться?

— Мне не нужно вставать на твоё место. - Я сглотнула, прогоняя комок в горле. - Андрей для меня такой же сын, как и для тебя. И если ты до сих пор этого не понял…

Я взглянула ему в глаза и не нашла больше слов, чтобы высказать свои мысли.

— Если это так, то ты должна меня понимать, - буркнул Миша и снова отвернулся к окну.

— Ты взрослый человек! Ты должен быть сильным! - выдохнула я. - Ты отец, а Андрей - всего лишь ребёнок! Ребёнок, который прекрасно понимает, ЧЕМ он болен! Ты знаешь, что такое в его возрасте думать о смерти? Знаешь? Нет? А я знаю! Так, будь добр, подойди к сыну и поговори с ним. Отвлеки, поддержи! А ты ведёшь себя как эгоист! Упиваешься собственным горем, а ведь Андрею сейчас в сто раз хуже!

— Сашка, я не могу… - простонал он, закрывая лицо руками. - Не могу смотреть ему в глаза, не могу улыбаться и врать, что всё ерунда, что всё будет хорошо! Я сам в это не верю!

— Ты должен! - жёстко отрезала я и ушла к Андрею.

Спустя несколько минут Миша всё же подошёл, пристроился рядом с сыном и выдавил улыбку.

— Ну что ты нос повесил? - Он легонько шлёпнул Андрея по затылку. - Ты же мужик, соберись’ Всё наладится.

Мальчик исподлобья взглянул на отца и молча отвернулся. Следующий час мы просидели в полном молчании, избегая взглядов.

Наконец вызвали нас. Миша и Андрей скрылись в кабинете, а я осталась в коридоре, почти сразу пожалев об этом. Нет ничего ужаснее, чем ждать приговор, когда в сердце ещё теплится надежда, но разум уже знает: чуда не будет.

Вот вышел Андрей. Сухо кивнув мне, бросил:

— Тебя просят зайти.

Он опустился на скамейку и уставился в пустоту. У меня внутри всё оборвалось. На ватных ногах я вошла в кабинет и почти рухнула на кушетку у стены.

— Всё плохо, да? - прошептала я чужим голосом.

Миша сидел у стола, сгорбившись, с закрытыми глазами.

— У вашего сына острый миелобластный лейкоз, - взглянув на меня, произнёс доктор - пожилой мужчина с седыми усами.

— Что это значит? - выдохнула я, впиваясь ногтями в ладони, лишь бы не упасть в обморок. - Объясните простыми словами!