Книга Разрубить гордиев узел, страница 44 – Александра Миронова

Разумный вытащит Ольгу, даже если ее обвинят в убийстве Светланы. Найдет лазейку, в этом Валерий был уверен и особо не переживал. Конечно, у него и в мыслях не было отправлять ее за решетку, он ведь ее любил, черт возьми. Но сейчас пришла очередь Ольги стать тем щитом, который прикроет его, Валерия.

Но вот что он будет делать, если следователь вдруг убедится в невиновности Ольги и начнет искать других подозреваемых, Валерий не знал. Ведь следующий на очереди он. В машине есть его отпечатки, а у него нет алиби. И пока следователь не понимает, зачем Валерию убивать молодую любовницу, которая ждет от него ребенка, он в безопасности. Но что, если тот начнет задавать вопросы?

Валерию категорически не нравился ход собственных мыслей, но он решил пока не дергаться и посмотреть, как будут развиваться события.

После визита к следователю Ольга попросила отвезти ее домой – честно сказала, что пока не в силах возвращаться в офис и смотреть там всем в глаза. Пусть официальное следствие признает ее невиновной, после этого она вернется и продолжит работу. Валерий с удовольствием выполнил ее просьбу, хотел остаться с ней, но она не дала ему такой возможности. Выставила из квартиры, заявив, что хочет побыть одна.

Алексей решил не терять время и поехать к этому Георгию для официальной беседы. Начальство начинало давить. Дело получилось неожиданно громким, и к нему примешалась классовая ненависть. Бедную девушку переехал роскошный «Порше». Доколе в нашем городе богатые будут позволять себе все, что угодно? Дело обсуждали в сетях, по телевидению, особо инициативные блогеры уже поджидали его во дворе управления, поэтому надо было двигаться и дать результат как можно скорее.

Он почти доехал до дома Георгия, когда ему позвонила Даша и, с трудом сдерживая слезы, сообщила, что у Ника опять приступ. Сегодня няня, которая обычно присматривает за мальчиком, заболела, и Алексей попросил старшую дочь остаться дома. Обычно Ник не причинял никаких хлопот, он сидел в своей комнате и писал бесконечные цифры на листках. Сам себе составлял примеры, сам их решал. В уме. Все, что нужно было сделать, – это вовремя дать ему поесть и просто находиться в одной квартире, ведь Ник был непредсказуем. Вот и сегодня при виде сестры он решил закатить истерику, и Даша, с трудом перекрикивая вопли брата и будучи сама готова разреветься, попросила, чтобы отец приехал домой и что-то с этим сделал.

Истерики у Ника были такие, что их слышали все соседи. Уже два раза к ним вызывали полицию и три раза службу по делам несовершеннолетних, с которой им долго пришлось объясняться. Повторения Алексею не хотелось, и, решив временно наплевать на беседу с Георгием (поедет к нему попозже), он рванул домой.

Ника он услышал, едва выйдя из машины. Окна в честь теплого дня были распахнуты настежь, и звуки, издаваемые сыном, раздавались по всей округе. Тот выл на одной протяжной ноте, и звук этот сводил Алексея с ума. Он рванул на второй этаж, открыл дверь, мимоходом потрепал по руке плачущую Дашку и ворвался в комнату к сыну. Тот сидел за столом, раскачиваясь из стороны в сторону, и вопил.

— Все, иди ко мне, иди, мой хороший, – Алексей подхватил сына на руки и принялся укачивать, как маленького. Пацан вцепился в него руками и ногами и потихоньку начал сбавлять обороты. – Ну ты чего? Бумага закончилась? Карандаши? – Алексей задавал бесполезные вопросы, зная, что сын ему не ответит. – Давай проверим. Все в порядке, Никушка, Даша дома, ты не один. Папа на работе. Папе надо работать, понимаешь? Давай посмотрим, что там у тебя.