Книга Жемчужный дебют, страница 96 – Александра Миронова

— Боже! — воскликнула Лида.

— Так бывает, — вздохнула Анна. — Обратная сторона гениальности, которая идет рука об руку с психиатрическим расстройством. Надежды на излечение не было. Муж перестал узнавать меня и Анжелику, он полностью ушел в науку, формулы и другой мир. А я узнала, что беременна, срок большой. Из-за переживаний о муже я изначально не заметила беременности. Дальше мой рассказ напоминает историю тысячи женщин. Я оказалась одна с двумя маленькими детьми на руках. Тогда я рыдала и думала, что хуже быть не может. Но стоило Аэлите немного подрасти, как я поняла, что может…

— Аэлите? — изумленно воскликнул Калинин, а Евгений сделал нервное движение. Анна спокойно посмотрела мужчинам в глаза.

— Да, Аэлита тоже моя дочь. Так вот, когда Аэлита немного подросла, я поняла, что все может быть намного, намного хуже. Алечка родилась альбиносом, и вскоре стало ясно, что она не только внешне сильно отличается от других детей. Она была чем-то похожа на отца, взгляд обращен внутрь, стремление как можно меньше контактировать с окружающим миром, даже со мной и Анжеликой. Тогда только заговорили об аутизме. Заболевание начинали изучать, у ученых не было единого подхода, поэтому какие только диагнозы ей не ставили, один страшнее другого. Многие врачи были уверены, что она вскоре окажется в психиатрической клинике, как и ее отец, который к тому моменту уже умер. Но я была категорически не согласна. Это моя дочь, и я должна была ее спасти. Я бросила все силы и энергию на то, чтобы помочь Аэлите прожить счастливую жизнь. И здесь я должна попросить прощение у моей старшей дочери, — она повернулась к Анжелике. — В попытках спасти младшую я уделяла тебе совсем мало времени. Садики, бабушки, школа, продленка.

— Тогда все так жили, — пробурчал Гена, а Лида на него шикнула.

— Анжелика росла беспроблемным ребенком, послушной девочкой, и она точно так же, как и я, влюбилась в театр, — продолжила Анна. — Вот только оказалась куда более талантливой актрисой.

— А можно ближе к делу? — нервно попросил Калинин, а Анна бросила на него острый взгляд.

— Я же попросила дождаться окончания истории. Мне важно все объяснить, чтобы картина была ясна. Когда Анжелика закончила школу и решила поступать в театральный, я поддержала ее увлечение, хотела, чтобы дочь, в отличие от меня, была счастлива. Я платила за дополнительные занятия у лучших мастеров, чтобы она смогла поступить, не понимая банальной истины, что все это не может заменить присутствие и внимание матери.

Анжелика, уже не скрываясь, плакала, утирая слезы тыльной стороной ладони.

— Мне очень, очень жаль, дорогая, поверь, — тихо сказала Анна.

— Ничего, мама, я понимаю, — прошептала Анжелика, а Анна сделала глубокий вдох, отгоняя предательские слезы, и продолжила.

— Я работала днями и ночами, писала бесконечные сценарии для дешевых шоу, мелодрам, но во мне жила мечта о театре. Я хотела создать нечто такое, что вывело бы меня на принципиально новый уровень и дало бы возможность зарабатывать достаточно, чтобы не заниматься ерундой. Но тут у Аэлиты обнаружили уникальный голос, и мне понадобилось писать еще больше всякого дерьма, чтобы платить и за ее занятия. За это время мне удалось ее адаптировать. Она пошла на контакт со мной и с сестрой, она даже могла ограниченно контактировать с окружающим миром, перестала бояться выходить из дома, ходить в магазины, в кафе. Анжелика поступила в театральный, и педагоги в один голос заговорили и о ее таланте. Два талантливых ребенка, о чем еще может мечтать мать? — Анна горько усмехнулась.