Книга Жажда денег, страница 63 – Марина Серова

— Альбина, добрый день, — по горячим следам набрала ее телефон. — Будьте любезны, съездите домой к Алене. Она сказала, что ключи у вас есть. В гостиной в шкафу лежат билеты на самолеты и поезда, сфотографируйте их все и вышлите мне. Прошу вас сделать это побыстрее.

— Да, Татьяна Александровна, прямо сейчас сделаю. Дом ее рядом с котельной, быстро обернусь. Ее выпустят? Она ни в чем не виновата. Я точно знаю.

— Да, как только вышлете билеты, будет решен вопрос о ее освобождении. Скорее сегодня к вечеру.

— Дай бог, дай бог. Ну, я побежала?

— Бегите, Альбина.

А я побрела домой, чтобы попить кофе и подумать. За чашкой кофе думала о Свиридовой, этой наивной простоте. Она полностью нырнула в омут с головой, видимо, так хотела любви, так ждала настоящего мужчину, что сама была рада обманываться. Она ведь поняла, что ее используют, но желание быть любимой взяло верх. И она шла с широко закрытыми глазами на новые встречи, лишь бы ее Илюша был рядом. Боялась, что исчезнет — и он исчез. Правильно Гарик вчера сказал: чего боишься, то и будет. Решила прислушаться к себе — чего боюсь я? Ответ пришел моментально — боюсь ошибиться и подозревать невиновного, а ходатайствовать за освобождение виновного в совершении злодеяний. Ошибка в моем деле — страшная штука. Хоть я и не судья, но мое слово может стать решающим в судьбе человека. А судьи вообще живут с постоянным чувством сомнений и угрызений. Или нет? Решили, постановили и забыли. Наверное, так? По-другому просто невозможно работать судьей.

Пока пила кофе, прилетели фотки от Альбины. Алиби Алены было на месте, я переслала их Кире и тут же в ответ получила: «ок». «Вот тебе и спасибо, Танечка, что так быстро и оперативно работаешь, что разговорила молчаливую Свиридову, что подход можешь найти к каждому, за то, что душой болеешь за людей…» — сама себя поблагодарила я и решила почитать журнал, слишком много эмоций было сегодня, надо абстрагироваться.

Я пристально начала изучать рукопись Свиридовой, которую я успела сфотографировать перед тем, как отдала Кире. Особенно хотелось почитать словесный портрет этого мужика, который так жестоко поступил с влюбленной Аленой, и рассмотреть его координаты и телефоны. В описании Свиридова изложила: «Мужчина, в очках, симпатичный, интеллигентного вида, глаза серые, приятная улыбка, ямочка на подбородке, ласковый голос». Прямо описание Алена Делона. Понятно, его ведь описывала все еще влюбленная в него женщина. Он для нее писаный красавец, самый лучший, неземной. «Негусто», — подумала я. Но все же кого-то он мне напоминал. Но вот кого? Да мало ли мужиков, внешность которых подходит под это описание. Вот бы их всех начали хватать и сажать! Во мне заиграли какие-то феминистские нотки. С координатами было также негусто: телефон, который сейчас не существует, и адрес, куда он ее возил для романтичных встреч. Надо съездить по этому адресу, вдруг он там все еще ошивается. Хотя вряд ли… И пробить все-таки телефон. Я позвонила Мельникову:

— Андрей, не отвлекаю?

— Ты не можешь отвлекать, ты можешь только привлекать, — радостно пошутил он, что было хорошим знаком.

— Чему радуешься?

— Жизни.

— Понятно.

— А ты что опять звонишь? С Алексеем хочешь познакомиться?

— Угадал. Сейчас мне твой Алексей из компьютерного отдела позарез нужен.