Книга Проклятая гонка, страница 39 – Катори Ками

— Штраф тридцать кусков, — выдал Тоби. Макнул кебаб в соус, закинул в рот. — Десятку выплатить сейчас, двадцать штук повиснет отложенным, на случай рецидива.

Джесси нахмурился, не понимая, о чем речь. Перевел взгляд с Тоби на Чарли, потом на Рольфа.

— Международная федерация автоспорта решила, что надо бороться за чистоту речи пилотов, а то как же так, нас смотрят женщины и дети, не говоря о представителях разных религиозных конфессий, — пояснил Рольф.

— И запретила материться в том числе во время радиообмена с боксами, — хохотнул Чарли. — Ему — и не материться! — показал пальцем на доедавшего кебаб Тоби.

— А сам, что ли, исключительно Шекспиром фигачишь? — тут же оскалил огромные медвежьи клыки тот. Вот надо же, как ему подходил титульный спонсор команды. Идеально отражал неудержимый гоночный нрав Тобиаса Дюнкерка. — Вспомни-ка, что ты сказал в прошлом году, когда свой первый гоночный поул взял?

— Ничего не сказал, — пожал плечами Чарли. Он уже пять минут мучил кебаб на своей тарелке, но не съел ни кусочка. Рольф полагал, что блюдо так и вернется на кухню, а ужин Чарли будет состоять из пары стаканов сока и шейкера с протеином. — Мне от восторга дыхалку перехватило, не до разговоров было.

— Вообще-то сказал, — усмехнулся Джесси. Он ел с не меньшей страстью, чем Тоби. Еще одна ведьма, как Надин. Точнее, ведьмак. Тощий, хоть газету через него читай, сильный, как тот самый бык. — Я видел эту квалификацию, пока летел сюда. В памяти мультисистемы самолета видео с ней было единственным в папке "Гоночные виды спорта", вот я его и включил.

— Да? — вскинул брови Чарли. — И что же я сказал?

— Пара слов в середине фразы были запиканы, но полагаю, что ты делился с миром информацией о том, что только что совершил громкую победу на личном фронте с очень красивой девушкой.

— Я завалил тебя, сучка, — перевел на свой лад Тоби.

— "Туда-сюда, детка", — поправил его Джесси. — Это я цитирую комментатора.

— Каков ловкач, а, — восхитился Рольф и заржал. — Ну правда, что за глупость этот запрет, а?

— Ага, они полагают, что, летя в стену после того, как меня выпихнул с трассы недоумок-Грейнер, я должен многозначительно выдать: "Вот так незадача!"? — вскипел праведным гневом Тоби.

— А получив двадцать секунд штрафа за чисто гоночный инцидент, сказать "Я обескуражен" вместо того, чтобы спросить, какого мужского полового органа творится в головах судей, — добавил Чарли. Похлопал Тоби по плечу. — Держись, наш матершинник-рецидивист.

— Они сами пусть держатся, — отмахнулся Тоби. — Ты закончил хоронить и эксгумировать кебаб? — показал пальцем в тарелку Чарли. — Есть будешь?

— Когда ты такое сказал, уже точно нет, — скривился Чарли и подвинул тарелку к Тоби.

Тот к погребенным и восставшим из мира неживых кебабам отвращения не имел и принялся за уничтожение порции Чарли. Кларк вяло ковырял салат, но что-то вроде ел. И даже пощипал лепешку.

— Штраф — его прибавляют к времени? — спросил Джесси.

— Если ты схлопотал его в конце гонки, — кивнул Рольф. — В случае, если тебя еще ждет пит-стоп, то ты подъезжаешь к механикам, тупо стоишь назначенное время — машину трогать до истечения штрафных секунд нельзя категорически — потом переобуваешься и с чистой совестью возвращаешься на трассу уже не осужденным преступником, а законопослушным гражданином.