Книга Стань Звездой!, страница 147 – Катори Ками

— Что еще за Моррис Вельвет? — спросил Эрик, не понимая толком, о чем речь. Он редко смотрел фильмы ради самих фильмов, и никогда не запоминал героев, только увиденные трюки.

— Филип Моррис, любовник одного из самых наглых пройдох этого мира, и фильм “Вельвет” — рявкнул Льюис. Уперся обеими руками в стол, и с силой толкнул его бедрами, будто трахая.

Эрик внезапно вспомнил подслушанный разговор. Стол в саду Камерона, полную смазки задницу Курта. То, как жадно он смотрел на них, и как мерно двигалась его рука между ног.

— Да ты же первый изойдешься на все жидкости, если я это сделаю, — невозмутимо усмехнулся Зак и, к полной неожиданности Эрика — да и Курта тоже — потрепал того по голове. — Все, остынь. Сыграем так, что дрочить устанешь.

— Смотри сам не перевозбудись, а то опять мне твои застои разгонять, — фыркнул Курт. — Черти, вы мне такой уикэнд испортили! — протянул, плюхаясь на стул. Кажется, его запал сходил на нет. — Мальчик, гибкий, послушный, голодный! Трахай не хочу, хоть всю ночь не вынимай! Знал бы, что вы такую подлянку подстроите, и правда бы трахнул от души, нет, я, блять, удовольствие растягивал! Весь вечер вчера его баловал, то пальцами, то ртом, готовил к главному блюду, так сказать! А утром свалил, даже записки не оставил!

Наверное, нужно было извиниться за испорченное свидание и наконец почувствовать себя виноватым. Но Эрик никак не мог избавиться от видения того, что Курт делал с Заком у бассейна в тот самый день. Как наверняка осторожно и бережно насаживал на свои пальцы, а Зак морщился болезненно, и тут же сладко стонал, прогибаясь в спине и выставляя напоказ натертую задницу.

Наверное, он смотрел слишком пристально. И, конечно, не успел отвести глаза, когда Курт глянул на него на него сначала мельком, а потом более внимательно.

— Тебя послушать — это тебе уже нужен массаж, — тем временем усмехнулся Зак. — Как того мальчика звали-то?

— Не помню, — пожал плечами Курт. — Я и лица-то его не помню. Зато помню член. Похож на твой, кстати. Очень, знаешь, отзывчивый, — на этих словах он посмотрел Эрику в глаза и продолжил как ни в чем не бывало: — Думал, если и задница хорошо себя покажет, оставлю мальчика себе.

— Так, может, не поздно к нему вернуться? Парнишка небось спит еще, скажешь что за завтраком ездил. — сказал Эрик, чувствуя, как его собственный член предательски дергается в штанах. О да, у Зака член был очень чувствительный. Не то чтобы у Эрика была обширная база для сравнения, но даже с чисто медицинской точки зрения, возбудимость у Камерона была на верхней границе нормы. Стоило чуть приласкать, и вот уже налитая горячая головка утыкается в ладонь, прося о большем. А уж если прикоснуться губами…

В этом было стыдно, страшно и даже больно признаваться, но где-то в глубине души Эрику было бы интересно посмотреть, как Курт сосет Заку. И как тот жмурится от удовольствия, поддает бедрами, заталкивая член глубже в глотку, а потом жадно хватает ртом воздух, кончая.

А если еще подойти, положить ладонь на горло Курту, ощутить, как ходит туда-сюда кадык и как натягивается кожа. А потом…

— Все-таки сделаю чай, — сказал Эрик, отмахиваясь от разыгравшегося воображения, пока член окончателно не окреп и его состояние не стало очевидно и для Камерона тоже.