Книга Клоунада для разведчика, страница 26 – Катори Ками, Гелла Верона

— И не говори! — Пол поерзал, устраиваясь поудобнее, и закинул ногу на ногу. — Вот я однажды польстился на экзотику и поддался на чары одной прелестницы… В Японии дело было, а там же любят всякие прибамбахи. В общем, то ли она решила меня так удивить, то ли в принципе мода такая, но когда я ее к себе тылами развернул, оттуда на меня посмотрел глаз. Прямо из тылов, ага… Зелененький такой… Даже с ресничками. Благо, не моргал.

— Глаз это еще что, — хмыкнул Алекс, — я вот однажды нарвался на экстремала с двумя членами, — Пол неверяще хмыкнул. — Я вот тоже поначалу думал, страпон. А нихера, пришитый. Так и не смог я понять, нахуя, потому что чувак был пассивом убежденным.

— Боже, это вообще как?! — ужаснулся Пол. — А впрочем, не рассказывай. Даже слышать не хочу… И что? Ты его трахнул?

— Нет, — безо всякого сожаления ответил Алекс. — Мальчик обиделся страшно, потому что я ржал, дергая эту вялую то ли пипиську, то ли пуповину, и ушел, гордо запихав в штаны своих близняшек. И кстати, яйцо у него было одно. Я после этого зарекся на стороне снимать. Только своих, кого уже в душе видел.

Пол беспардонно огласил пустыню своим звучным раскатистым смехом, и Алекс поспешно на него шикнул.

— Ой, прости… — Пол немедленно перешел на шепот. — А я бы трахнул, — заявил он, поворачиваясь на бок. — Нет, ну а представь, если все так сбегают? Да еще и ржут вдобавок над тем, что он любовно создавал, чтобы восхищаться…

— Не-не, этот придурочный кричал, что до меня всем нравилось, — Алекс тоже лег на бок, удобно подложив под голову руку. — Наверное, у них тусовка своя. Таких вот модифицированных.

— Скорее всего, — Пол передернул плечами. — Брр! Нет, тату — это все, на что я согласен. Хотя вот с волосами мне что только не делают. И макияж этот вечный…

— Фу! — искренне выдохнул Алекс. — Никогда не говори мне больше про макияж! Я вообще-то думал, что вам грим накладывают.

— Грим, макияж — одна фигня, — фыркнул Пол. — А вообще-то мне идет, — он картинно похлопал ресницами и рассмеялся.

— Да ну? — удивленно протянул Алекс. — Я непременно хочу на это посмотреть. Завтра на общем построении! — отчеканил приказным тоном. Но потом рассмеялся, расслабляясь. — У тебя будет шикарный макияж в этом твоем новом фильме. В жирную черную полосу. Кстати, ты знал, что эта хуйня по несколько дней не отмывается. Нас на новое задание не посылают, пока мы рожи не отскребем.

— Черт! Блокнот забыл! — Пол подался чуть вперед, рассматривая Алекса как-то чересчур пристально. — Прикольно, наверное, — заключил наконец. — Но как-то мне сложно представить на тебе краску. Как, впрочем, и мой грим. Но лицо у тебя очень хорошее. И для камеры, и для фотоаппарата.

— У меня правильное для разведчика лицо, — поправил его Алекс. — Такое, чтобы не цеплялся взгляд. Без особых примет. Гримерам или кто там у вас за имидж отвечает, особо это скажи. Ты был бы отвратительным разведчиком. Потому что стоит тебе улыбнуться, все внимание твое.

— Спасибо конечно, — Пол красочно проиллюстрировал его слова широкой улыбкой. — Но ты прибедняешься. Или заблуждаешься. Примет-то, может, и нет особых, но красивый человек — сам по себе примета.

— Красивый как раз очень отвлекающая черта, — Алекс заставил себя не думать о том, что слова Пола о его внешности отдались в животе приятной дрожью. Вот уж точно, такого ему никогда еще не говорили. Обычно ценились другие качества: надежный, исполнительный, выносливый. И отмечались другие: острый на язык, дерзкий, невыносимый. — Некрасивого, как правило, свидетели описывают куда точнее. А с красивым еще и собственные мечты накладывают. Нам на занятии показывали фотороботы и фотографии. Так вот, красавчиков просто невозможно было узнать.